Легион против империи

Одежду, что с него сняли — сжечь. Тех, что к нему прикасался… Изолировать! — подумал немного и добавил понятное объяснение: — На этом человеке — порча. Кто до него дотронется, умрет в муках. Ингенс! Выяснить, откуда взялся этот… больной. И есть ли другие… С такими же признаками, как у этого. К таким не прикасаться! Ясно?

— Да, принцепс! — четко ответил Луций Ингенс. И добавил потише: — Мы ж не глухие, слышали, что ты сказал.

— И к тому, что я сказал, добавлю: местной еды не есть! Только то, что с собой взяли! Воды местной тоже не пить! Сразу после того, как я переговорю с префектом, мы уезжаем. Так что у тебя на выяснение — час! И будь осторожен! Все будьте осторожны! — Геннадий повысил голос так, чтобы его слышала когорта. — Порча может быть на всем! На земле, на деревьях! Возможно, этот город проклят. И я не хочу, чтобы это проклятье перешло на вас. И на другие мои города!

— Господин… — это подал голос жрец. Речь Черепанова настолько его перепугала, что один страх переборол другой. — Ты говоришь об эпидемии?

— Что? — Черепанов удивился. — Эпидемия? Откуда ты знаешь это слово?

— Я не лекарь. Но я ведь служу Асклепию! — с достоинством произнес жрец.

— Тогда служи как следует! — рявкнул Черепанов. — Поехали!

Совсем не таким должен был быть разговор Черепанова с патрицием-«адмиралом». Но увиденное полчаса назад мгновенно отменило все предыдущие планы. Чума! От этой болезни нет спасения. Черепанов помнил: от чумы вымирали целые города. Она не делала разницы между королями и нищими — забирала всех. При здешнем уровне медицины — никаких шансов. Единственный выход — бежать. И бежать быстро! И молиться всем доступным богам, чтобы не унести заразу с собой.

— Твой флот сейчас возвращается из Тарса, — сказал Черепанов морскому префекту. — Я нанимаю его. На три месяца. Все двадцать шесть либурн.

— У меня не двадцать шесть, а тридцать три либурны! — с достоинством возразил «адмирал». И — с гордостью: — Я сумел починить еще семь! Хотя ты и отказался мне помочь! Но ты не можешь нанять мои корабли! И приказать мне не можешь!

— Не кричи, — негромко перебил его Черепанов. — Меня призывает к себе Август. Призывает в Рим. Меня и моих людей.

— Я не могу оголить побережье! — воскликнул префект. — Ты не получишь мои корабли!

— Получу, — спокойно произнес Черепанов. — Так и быть, не тридцать три, а двадцать шесть, как планировал. Я могу взять их силой, но не сделаю этого. За каждый корабль, который способен доплыть до Рима, я заплачу тебе по пять тысяч денариев. Не позже, чем через полгода ты получишь их обратно. Причем пятьдесят тысяч денариев ты получишь прямо сейчас.