Легионеры

«И лучше бы им не познать пути правды».

– Так не ставят вопрос, – повторила Гущина. – Или ты хочешь, чтобы мы все шагнули вперед? Мы шагнем, но выбирать тебе. Я бы не смогла выбрать.

– Не надо ничего выбирать. – Навстречу командиру шагнул боец. И Сергей понял, что, наверное, это справедливо, вернее, логично. Для этого человека он в свое время нашел бы нужные слова, а сейчас не находил их. Он просто кивнул Михаилу Муромову, давая согласие.

– Гущина старшая. Отходить по отработанному плану. Рации выключить. И не медлите: с минуты на минуту здесь будет бригада спецназа. Пошли, Михаил.

Все надеялись, что Сергей обернется, но он, не поворачивая головы, сел на заднее сиденье «Мерседеса», пропустив вперед Муромова.

– Отпелся Певец, – прокомментировал Алексей."

"– Заткнись, Резаный! – прикрикнула Елена. По рации она связалась с Дубровским: – Уходим. Сворачивай работу на КДП и гони всех вниз. Ждем тебя. – Командир кивнула Стеблину: – Давай, пехота, топай на подмогу Дубровскому.

– Погоди, – остановил ее Резаный. Ему показалось, что командир звена не прокачал ситуацию до конца. Что, если это сбивка? Никто не знает о захвате «Северного», просто в планы оперативной группы входит обычный прием дезинформации: не меняя курса самолета, они отдают команду на посадку в другом аэропорту, чтобы в конце полета снова изменить план на прежний. Хитрый ход, просчитать который невозможно, приходится только гадать.

– Прикинь, что будет, – прессинговал боец. – Мы выстрелим вхолостую и там, куда поехал Марк, и здесь.

Рациональное зерно в рассуждениях Алексея было, и Гущина мучительно принимала решение. Обидно уходить даже в том случае, если, дай бог, Резаный оказался не прав. Но настоящего бойца отличает одно очень важное качество: всегда выполнять приказ и не обсуждать действие командира. Чего-чего, а анархии в армии быть не должно. Все легионеры некогда относились к военному ведомству, а сейчас выполняли боевое задание по контракту. Деньги – это одно, но «крыло» их действующее военное разведывательное управление. Они получили приказ и должны выполнить его безоговорочно. Этого нельзя было сказать о спецах из госбезопасности, где по крайней мере какое-то время царила анархия [12].

– Оставайся на месте. – Гущина передала по рации сообщение Дубровскому. Через минуту она уже была на КДП аэродрома. – Я задаю вопросы, ты отвечаешь, – разъяснила она диспетчеру. – Экипаж рейса 148 может получить повторную команду сесть на «Северный»?

– Может, – подтвердил диспетчер. – Только наша местность не подразумевает выкрутасов в воздухе. Мухрани – Гори – безопасная высота до 3300 метров. Мухрани – Ленингори – до 2700 и так далее. И условия посадки сложные, сегодня не исключение.