Лесная невеста. Проклятие Дивины

Кто-то смотрел ей вслед, кто-то из тех, кто не пережил голодные зимы, и Избрана трепетала, чувствуя, что каждый шаг приближает ее к подземным полям мертвых.

Черная фигура вдруг преградила ей путь, и Избрана невольно вскрикнула. Оба кметя тоже не сдержали возгласа, но тут же схватились за оружие и выступили вперед. Фигура вскинула руку и произнесла что-то на северном языке.

Избрана опомнилась. Нечисть или призрак языком варягов говорить не будет.

– Кто здесь? – нервно спросила она. – Ты живой человек или беспокойный дух?

– Это я, королева, – ответил «беспокойный дух», и она узнала голос Хродгара. – Позволь спросить, куда ты собралась темной ночью, совсем одна и когда рядом стоит вражеское войско? Мне бы очень хотелось это знать, если ты, конечно, не сочтешь меня слишком любопытным и неучтивым.

Несмотря на вежливые, даже подчеркнуто вежливые обороты, в голосе его звучали раздражение и гнев. За его спиной угадывалось шевеление, и Избрана поняла, что он-то явился вовсе не один. Видимо, весть о ночном уходе княгини успела распространиться по детинцу, и Хродгар, вместе со своей дружиной перебравшийся под защиту стен, наверняка узнал об этом не последним. Но, в отличие от многих других, он не признал за ней права уйти одной в такое тревожное время.

– Именно так я и считаю. Ты слишком любопытен и неучтив, – холодно ответила Избрана и хотела его обойти, но он шагнул в сторону и снова загородил ей дорогу. Она остановилась: не хватало им еще толкаться здесь! – Я имею право делать то, что считаю нужным, и идти туда, куда захочу! Ты обязан выполнять мои приказы, и не бери на себя лишнего. Сейчас мне не нужна твоя служба, Хродгар ярл! Ты можешь спокойно вернуться в город!

– Не раньше, чем ты расскажешь мне, куда и зачем собралась. – Хродгар встал посреди тропинки, скрестив руки на груди и расставив ноги, всем видом давая понять, что столкнуть или обойти его будет не так-то просто.

– Я не обязана ничего тебе рассказывать!

Избрана начала злиться. Хродгар мешал ей, и чем дольше он ее задерживал, тем сильнее душой завладевал страх по поводу того, что она собиралась сделать.

– Ошибаешься! – холодно и твердо ответил Хродгар, и она вспомнила, что он – сын конунга. – Ты забываешь, что мы с тобой связаны взаимной клятвой верности. Взаимной! Это значит, что и ты обязана быть верна мне, пока я верен тебе!

– Что-то я не пойму, о чем ты! – с досадой воскликнула Избрана. – В чем я нарушила тебе верность? Я послала вас в заведомо безнадежную битву? Я плохо кормила вас, не давала дров и одежды, не уважала, насмехалась над вами? Лишала вас законной доли в добыче? В чем ты меня обвиняешь? И почему именно здесь и сейчас, мара вас побери? Если ты чем-то недоволен, почему ты решил догнать меня именно здесь, и…

Вдруг она замолчала.