Лесная невеста. Проклятие Дивины

У меня тоже не будет детей, Смолянск достанется потомкам Буяра и Избраны, да и Полотеску придется призвать кого-то из них. На твой стол сядет сын варяга Хродгара! Ты этого хочешь?

– Я не хочу пережить мою дочь. А потом… когда меня не будет… пусть она решает сама. Бранеслав решил… – Князь запнулся и помолчал, вспомнив сына. – И она пусть решает.

– Она не испугается. – Зимобор качнул головой. Он знал, что упрямой решимостью бороться хоть с самой судьбой Дивина не уступит брату.

– И чем все кончится? Мне из Смолянска привезут пепел погребального костра? Ты ведь сам привез мне прах моего сына, он умирал у тебя на руках и вспоминал, как мать предостерегала его, хотела уберечь, а он не послушал ее!

– Но придется рассказать ей. Она должна решить сама.

Узнав наконец об истоках проклятья, которое преследовало ее всю жизнь, Дивина долго молчала. Перед ней встал выбор: остаться с отцом, прожить долгую жизнь, быть полотеской княгиней – и назвать в старости своим преемником кого-нибудь из Зимоборовых племянников от Буяра или Избраны. Кто их знает, какими они будут, эти племянники, души которых сейчас еще парят в облачном колодце Макоши! Или решиться на замужество, не зная, переживет ли хотя бы первую ночь. В миг перелома – свадьбы, рождения, смерти – человек беззащитен перед иномирными силами. Умирая девушкой, молодая жена возрождается женщиной и будущей матерью, но Дивине грозило на самом деле не вынырнуть из этого омута меж мирами.

– Как у князя Владогора, – только сказала она в ответ на вопросительный взгляд Зимобора. – Когда пришли к нему две вилы, белая и черная, и предложили выбрать, хочет он прожить жизнь долгую и безвестную или короткую, но славную.

– И что бы ты выбрала?

Дивина не ответила. Но Зимобор сам знал: князь Владогор выбрал черную вилу – короткую, но славную жизнь. И только потому предание о нем существует. О всех тех, кто сделал другой выбор, никто теперь не помнит.

* * *А еще через день в Полотеске появился гонец с неожиданным известием. К Столпомеру зачем-то направлялся угренский князь Лютомер.

– Не знаю зачем. – В ответ на расспросы Столпомер только пожимал плечами. – Я его в гости не звал. Ну, едет, так пусть едет. Не воевать вроде бы.

Воевать Лютомер едва ли собирался: с собой он вел только ближнюю дружину, численностью около пяти десятков. Чтобы захватить землю дивнинских кривичей, этого было мало.

А Зимобор, услышав это имя, вскинул голову. До сих пор он старался не думать о том, каким образом Лютомер собирается ему помочь, да и все это странное знакомство с угренскими оборотнями, Лютавой и ее братом, уже казалось ему собственной выдумкой, сном зимней чащобы. Но он действительно существует, сын вятичской чародейки и Велеса, он даже способен выбираться из своих родных лесов.