Лето не вечно

Администраторша ресторана стояла на пороге и, прижав руки к груди, трагически повторяла:

– Простите… Простите, Леонид Аркадьевич… Я не смогла воспрепятствовать.

Женщина продолжала хлестать Короленко по лицу, уже поцарапанному шипами. Он стоически переносил избиение и только вопрошал:

– Лида, за что?

Дождавшись небольшого затишья, Ульяна громко спросила:

– Вы Лидия Марковская?

Наверное, оттого, что вопрос прозвучал очень жестко, как обвинение, женщина обернулась, сдула упавшую прядь с лица и горделиво сказала:

– Я Марковская. Что вам надо?

– Нужна ваша консультация по усадьбе Тишь-на-Тоске, – решительно заявила Ульяна.

"Для участников побоища фраза прозвучала отрезвляюще. Марковская удивленно посмотрела на мужа. Тот обобрал с волос цветочные лепестки и с улыбкой развел руками:

– Вот видишь, Лида, ты была не права.

Глава 17

Все люди хотят счастья

Ульяна отодвинула калькулятор и откинулась в кресле. Взглянув на Зарайского, она улыбнулась.

– Ну что же, Артемий. Смета значительно сократилась, но ее нужно уменьшить.

– Уменьшить? – в глазах архитектора появился ужас. – Лучше убейте!

– Мы с вами серьезные деловые люди, такие методы не используем.

– Не знаю, что еще можно убрать.

– А я здесь пометила галочками. – Ульяна открыла смету. – Вот, вот и вот здесь, например.

Зарайский забрал смету.

– Ну хорошо. Я посмотрю.

– Посмотрите и посчитайте, – сказала она. – А также проверьте цены. По некоторым позициям они явно завышены.

– Не может быть!

– А вы посмотрите, посмотрите! И устройте головомойку вашему сметчику.

– Могу идти?

– Нет, погодите. – Ульяна протянула Зарайскому отпечатанный лист: – Пожалуйста, взгляните на это.

– А что это?

– Счет-фактура на те самые липовые изразцы, которые вы показали мне в усадьбе. Я отыскала ее в архиве и сфотографировала.

– Как интересно… – С минуту Зарайский вчитывался, потом вдруг воскликнул: – Но это же бред!

– В каком смысле? – Ульяна заглянула в листы. – Что тут бредового?

– Все!

– А если точнее?

– Цена этих плиток баснословная, раз в пять выше обычной. Да еще пресс-формы!

– Тоже дорогие? – осведомилась Ульяна.

– Их слишком много. Столько же, сколько плиток.

– О чем это говорит?

Зарайский вновь просмотрел фактуру и удивленно изрек:

– Это говорит о том, что каждую плитку изготавливали в отдельной пресс-форме.

– Но для чего, объясните! – попросила Ульяна.

– Здесь может быть только одно объяснение – все плитки разные.

– А на первый взгляд – одинаковые, с ромбами и цветами. Помните, вы сказали, что это дешевка?

– Вероятно, я ошибался. Такое тоже бывает, – признался Зарайский.

– Надеюсь, со временем все станет ясно и мы найдем ответ на этот вопрос.