Лягушка под зонтом

– Вам помочь? – повторила она.

– Вы знаете, кто там сидит? – спросил он, оглянувшись на колодец. – Ах да, это ведь деревня. Здесь всем все видно. Каждый шаг, нет, более того, каждый жест. Я помню, знаю. – Никита усмехнулся.

– Колодец не просвечивает. – В низком голосе он слышал легкую игру.

Она говорила с такой интонацией, словно предлагала Никите выбор – принять ее предложение всерьез или отнестись к нему как к шутке.

Ему нравились такие голоса. Он подходил ей, ее кепке, водолазке, даже бордовым бриджам. Все перечисленное наденет только женщина, готовая поиграть словами.

Она не обидится, если даже кто-то посмеется над ней. Женщины, которые чувствуют себя дамами, одеваются иначе. Стоит посмотреть на классических кукол – все они дамы. А куклы французские – дамы в черном. Потому что до сих пор француженки говорят: черный цвет – их вторая кожа. Он убедился сам – даже в маленьком Сент-Этьене улицы во власти черной одежды. Он хотел развить свою мысль, но ее голос вмешался.

– Василиса, дочь моей подруги, сообщила невероятную новость, – услышал Никита, – что у вас в колодце сидит лягушка.

– Вот оно что.

 – Он засмеялся. – Мы знакомы с Василисой. – Он торопливо, по-детски, вытер руки о шорты. Зеленая ткань мигом потемнела под руками. Он привалился боком к краю колодца. – Да, сидит. – Пожал плечами.

– Дайте-ка взглянуть. – Она шагнула к нему, он уловил запах свежести. Очень подходящий для нее. Ее запах правильный, потому что она сама – свежесть.

– Да ради Бога. – Он отступил. – Любуйтесь.

Она наклонилась.

– Я достану, – сказала она коротко.

– Вы? Достанете? Но чем? Я знаете, о чем подумал: если в колодец закачать воды, то лягушка всплывет.

.. Здесь есть пожарная часть? Не знаете? Я бы договорился...

Она смотрела на него молча. Он заметил, как дрогнули губы, но она удержала их.

– У вас есть другой вариант? – поспешно спросил он. Никита заметил, что у нее из-за спины торчит палка.

– Есть, – сказала она. Выставила палку вперед, и он увидел, что это черенок, на конце которого проволочный сачок. – Вот, рыбацкий сачок.

– Сачок батюшки Николая? Я правильно понял?

– Его, – сказала она.

– Он, стало быть, рыбак, как апостол Петр, – пробормотал Никита.

Она улыбнулась:

– Знаете и это.

– Конечно. Я читал Библию. Я закончил исторический.

– Правда? Я тоже, – призналась она. Было видно, что ей понравилось совпадение.

– Что ж, мы коллеги. Но в университете мы не изучали лягушек. У вас, видимо, был факультатив по земноводным?"

"– Нет, у нас были занятия по гражданской обороне. – Она больше не могла сдержать улыбку.

Никита сощурился, снова посмотрел на ее губы. Ему стало интересно, как они обрамляют слова. Сейчас они сложились трубочкой, и он услышал:

– Шучу, личный интерес, не более того.