Лягушка под зонтом

 – Мать отдала отцу фигурку снежного барана, чтобы он не охотился в священных местах и не вызывал гнев ее сородичей. В общем-то отец тогда был полезен роду: он охотился с вертолета на волков, охраняя таким образом оленей и баранов от гибели.

– По вашей земле тоже хотят что-то проложить? – спросила Ольга.

– Конечно. После застолья, о котором я говорила, мне рассказали, что есть люди, уверенные, что мы не предъявим тотем. Значит, никаких атабасков нет, их священных мест тоже. Наша земля перейдет к тем, кто позволит на ней делать все, что угодно, за очень большие деньги.

– Ох, – выдохнула Ольга.

– Мои противники работают днем и ночью, – сказала Зоя Григорьевна. – Полярным днем и полярной ночью, – уточнила она.

– А что они делают?

– Пишут, рисуют, звонят... Однажды еще хуже. – Она поморщилась. – Не доказано, но я уверена – в меня стреляли.

– Да что вы!"

"– Ты знаешь, какое удовольствие – поохотиться на куропаток на границе ночи и дня.

Ольга кивнула и сказала:

– Мы с Куропачом ходили, когда еще учились в школе.

– Меня спас малахай. В нем так жарко, что я сдернула его с головы и повесила на куст.

В него попало несколько дробин.

– Может, в полумраке его приняли за птицу... – Ольга не хотела верить.

– Мне так и сказали. Мол, еще не день, но уже не ночь.

– Вы не верите?

– Нет. – Зоя Григорьевна покачала головой. – Те, кто ходит на куропаток, – местные люди, меткие стрелки, у них отличное зрение. Малахай из песца не примут за птицу. Чужих в это время в тундре нет.

– Но может быть, вам потом позвонили?

– Разумеется. Спросили – не соглашусь ли я, чтобы моя община записалась ненцами? Кроме того, я узнала, что в последнее время внезапно выросло число долган и энцев.

– Откуда они взялись? – изумилась Ольга.

– Из графы «национальная принадлежность». – Зоя Григорьевна усмехнулась. – Мне объяснили, что принадлежность к ненцам даст и нам преимущества. Но мы держимся за наш дух, он дороже всех преимуществ.

Ольга отодвинула чашку. Поставила локти на стол. Зоя Григорьевна продолжала:

– Я видела, как живут малые народы Арктики в других странах. Им тоже пришлось терпеть, меняться, подстраиваться. К ним, как и к нам, явились люди, как они говорят, с асфальта, чтобы заставить их надеть на себя чужую жизнь.

Но я видела, как они живут сейчас. Мы тоже так будем жить. – В сгустившейся темноте глаза Зои Григорьевны блеснули: шторы не задернуты, по стеклу ударил свет автомобильных фар на путепроводе. – Я понимаю, не все хотят видеть во главе общины женщину. Снова, как когда-то. – Свет фар укатил, глаза Зои Григорьевны снова ушли в темноту. – Пришельцам с Большой Земли не выжить в нашем зимнем холоде, в комарином лете. Они слепнут от черноты полярной ночи, щурятся от яркости полярного дня.