Люби меня

Чуток не рассчитал силы, а что делать? Я ж не виноват в том, что мебель у них не чугунная была.

Когда мне разрешили появиться в палате жены, увидеть новорожденного сына и любимую, я уже не находил себе места от волнения и беспокойства. Зато, как только я появился на пороге палаты, будто камень с души свалился, будто крылья выросли, а сердце на миг замерло... и начало биться с удвоенной силой... нет, с утроенной, теперь оно билось для трех моих ангелов.

Эльфенка выписали через три дня после родов.

Привез семью домой, родители уже суетились в детской, завершая последние приготовления к нашему приезду. Мама отдавала указания, а папа их выполнял. Рядом бегал братишка, 'помогая' маме и папе. С момента появления Мишки в нашей семье, отец будто помолодел, у них с мамой началась вторая юность. Михаил им не давал скучать. Еще и внучка помогала. Диля много времени проводила у них, играя с Мишкой и дедом.

Эльвира покормила сына, и осторожно уложила его в кроватку.

Родители и друзья уже ждали нас в столовой, а я присев на край кровати, наблюдал за Эльфенком. Она ласково поправила одеяло, укрывая нашего карапуза. Эля выбрала имя для сына, решили назвать его Тимуром. Имя мне нравилось, так что я только согласился с выбором

Эльфенка.

Тимка сопел, крепко уснув. А я подошел к Эльфенку, обнял, положил подбородок на плечо. Сейчас даже не верилось, что когда-то, несколько лет назад, я и не надеялся на счастье с любимой.

Тогда чувства безысходности и обреченности не давали покоя, терзали душу. Но сейчас.... Сейчас все иначе. Каждый день, наполненный любовью, нежностью и заботой о близких, приносил счастье. Пусть в будущем нас будут ждать испытания, мы будем ругаться, спорить, но я был уверен, что никогда не откажусь от счастья быть с семьей. Счастья, доставшегося высокой ценой.

Эльвира накрыла мои руки, обнимавшие ее за талию, своими ладонями. Прижалась ко мне всем телом.

-Глянь, какой у нас сынок получился, - прошептала любимая.

- Спасибо, - хрипло выдохнул я. Закрыл глаза, боясь элементарно разрыдаться от переполнявших меня эмоций. А жена все поняла, просто повернулась ко мне лицом, и обняла еще крепче. А я смотрел на колыбель сына. И был безмерно благодарен родителям, воспитавшим меня. Эльвире, любившей меня также крепко, как и я ее.

Судьбе, позволившей мне обрести свое счастье.

Конец первой книги"