Любимая пешка короля (СИ)

– Ваше Величество, мы немного задержимся, – сказал он достаточно громко, чтобы король его услышал, но тот никак не отреагировал.

Мы разошлись в стороны, пропуская охрану. Через пару минут спина Эльиньо Третьего затерялась среди шелков и разноцветья нарядов.

– Мы не идем? – спросила я с некоторым облегчением.

– Идем, – с ухмылкой ответил мой шеф.

– Как я должна себя вести и что делать? – тихо спросила я.

– Улыбаться и рта не раскрывать.

– Что, даже есть нельзя? – уточнила я со смешанными чувствами. С одной стороны, я уже проголодалась, с другой – не хотелось смешить высшее общество корявыми манерами.

– Есть можно, – недовольно буркнул Лео. – Так, уже пора, – вдруг заявил он и обернул мою руку о свой локоть. – Идешь, смотришь на Его Величество влюбленными глазами и улыбаешься. Что бы ни было – смотришь и улыбаешься. Ясно?

– Угу, – кивнула я, натягивая улыбку и поддавая жару во взгляд. – Улыбаемся и машем.

– Махать не нужно. Это будет перебор, – поправил шеф.

– Фраза у нас есть расхожая. Потом как-нибудь расскажу эту историю, – я посмотрела на шефа.

Он застыл, подобрал челюсть, сглотнул и перевел взгляд с меня на дверь:

– На короля влюбленными глазами смотреть. Ясно? – рыкнул он и потянул меня ко входу.

Нервный он какой-то…

Шеф потащил меня к Его Величеству, который стоял в компании знакомой мне Жюли, только более одетой, и отягощенного животиком и залысинами, но еще вполне крепкого вельможи. Кажется, в доспехах он чувствовал бы себя комфортнее, чем в придворных одеждах. Во всяком случае, бант на шее ему точно жал.

– …Нам очень жаль, что виконтессе та Берно пришлось столько пережить за эти два дня, – выражал свои соболезнования король.

– Я надеюсь, – скорчил физиономию вельможа, видимо, тот дядя-герцог, о котором говорил Лео. Судя по тону, он чувствовал себя на коне, а скучковавшиеся неподалеку участники званого обеда лишь делали вид, что беседовали, а по факту грели уши в предвкушении сенсации.

– Мы даже не знаем, что будет достаточной компенсацией за нанесенную ей душевную рану, – Его Величество приложили руку к груди, двуличный паяц.

– Да, это будет очень непросто, – сокрушался пожилой родственник Жюли, по всем признакам, тот еще жук. Жук-носорог!

– Мы уверены, что просто подарков в этот раз будет недостаточно, – с озабоченным  видом разглагольствовал Его Величество.

Жюли встрепенулась при слове «подарки».

– Одних подарков – недостаточно, – согласился собеседник. – Ее чувства были растоптаны…

Круглолицая, большеглазая виконтесса с белокурой «выхухолью», усыпанной живыми цветами, скуксилась, демонстрируя, что вот-вот расплачется, так были растоптаны.

– Ваша племянница не раз намекала, что хочет серьезных отношений, – продолжал король.