Любовь не выбирают

Красивое, изумрудного цвета, с потрясающе выполненной вышивкой, которая, впрочем, не вызвала во мне положительных эмоций. – Я могу вам чем-нибудь помочь?

Я отрицательно качнула головой, одним жестом создавая приличествующую случаю прическу, а когда девушки закончили с платьем, принялась надевать остальное.

Свадьба повелителя – важное событие. Не знаю, будут там гости или нет, но мне в любом случае следовало выглядеть представительно. И я решила, что если это в последний раз, пусть Таалу запомнит меня не в белом, как положено по этикету, а именно в этом платье. Рыжие волосы, зеленое платье, скромное ожерелье, доставшееся по наследству от бабушки…

– Вы сегодня очень красивы, госпожа, – признала Альнаре, когда мы покончили со сборами, и вместе с подругой почтительно отступила в сторону, давая мне возможность оценить результат.

Я быстрым взглядом окинула отражение в зеркале.

Да, зеленый – это, безусловно, мой цвет. И изумруды мне тоже к лицу. Жаль только, что красота здесь ничего не решает. Скорее, это своеобразный протест против сложившихся обстоятельств. Молчаливый вызов богине, давшей мне такую судьбу. И богу-отцу, по вине которого мне своими руками придется опоить любовным зельем очень важного в моей жизни мужчину, а затем благословить его на брак с посторонней женщиной, надеясь, что это поможет сохранить ему жизнь.

Я бросила еще один взгляд на застывшее отражение и печально улыбнулась.

Жертвенность – одно из качеств, присущих любой светлой жрице. Учась любить весь мир и то, что в нем есть, мы с раннего возраста привыкаем к мысли, что ради других каждой из нас придется что-то отдать. Будь то накопленная благодать, разделенная с кем-либо радость, искреннее сочувствие, ободрение, поддержка… а в моем случае – всего лишь мужчина, от которого я должна отказаться ради всеобщего блага.

Однажды наставница призналась, что рано или поздно любую из нас ждет похожее испытание. Но при этом не сообщила, как именно должна действовать в этом случае жрица. На что смотреть. К кому прислушиваться. Чему верить. И сейчас я как никогда была близка к тому, чтобы усомниться в себе и даже в ней."

"Единственная мысль, которая меня успокаивала, это то, что, как только Таалу женится, исходящая от него угроза станет гораздо меньше. Когда у него родится сын, она практически сойдет на нет. А значит, наш мир не погибнет, и моя жертва не будет напрасной. А когда у повелителя появится настоящая пара, он окончательно обо мне забудет, так и не узнав, насколько нелегко мне далось вчера это простое на первый взгляд «нет».

– Вот и все. Пора, – прошептала я, когда снаружи раздался громкий стук пунктуального до тошноты Риату.

По немедленно встрепенулась и поскребла жесткими прутиками пол.