Любовница Его Величества (СИ)

 — Харан!

Зверь дернулся на зов, к радости Катарины, но тут же вновь заурчал, преданно взирая на девушку.

— Иди! — прошептала Кати, — к хозяину… Харан, хороший мой, иди…

Пауза затягивалась. От императора раздался едва слышный свист, и животное вновь дернулось, но… осталось возле Кати.

— Харан, ко мне! — видимо правитель Ратасса уже был в бешенстве.

И зверь сорвался, молниеносно подбежал к императору, заурчал у его ног, словно прося прощения. Катарина, замерла, словно ощущая взгляд Яна, и простонала услышав его приказное:

— Анраш, ко мне!

К ее ужасу волк сорвался и преданной псиной побежал к тому, кого признал хозяином. Катарина хозяев не признавала, поэтому решившись на отчаянный шаг, бросилась ко все еще открытой калитке. В том, что ее будут преследовать, сомнений не было, а вот к тому, что на дороге ее будут поджидать, Кати оказалась не готова. Два стражника в черном, скрутили ее руки в считанные секунды, и не слишком бережно втолкнули вновь в черноту калитки ведущей в радушно распахнутую ловушку.

Девушка замерла, боясь даже поднять голову, и только вздрогнула, едва рядом остановились черные сапоги, и знакомый голос устало произнес:

— И почему-то я не удивлен…

Катарина продолжая смотреть вниз, тихо спросила:

— Вы ожидали меня?

Хассиян тяжело вздохнул и приказал:

— Идите за мной.

И ей не оставалось ничего другого, как последовать в дом, куда ее столь любезно приглашали. А в саду вновь воцарилась тишина, вновь погасли факелы, растворились в воздухе магические шары — ловушка ждала очередную жертву.

Вслед за императором Катарина прошла в дом, поднялась на второй этаж, и прошла к дальней угловой комнате. Хассиян учтиво распахнул двери, пропуская ее вперед, но войдя, Кати замерла — они были в спальне.

— Что же вы испугались, как девственница в первую брачную ночь, княгиня Арнар? С вашим-то опытом подобное поведение выглядит лживым притворством!

Но Кати молчала, не в силах высказать в ответ ни слова.

— Проходите, — радушно предложил Ян, — можете прилечь!

— З-з-зачем? — Катарина невольно отступила от него на шаг.

— Ложитесь, — в голосе императора прозвучала неприкрытая ирония, злость и вместе с этим грусть, — Не буду скрывать, я не раз имел возможность оценить преимущества данной постели, но как выяснилось, ее хозяйка мечтала лицезреть в ней вас, княгиня!

Вскинув голову, Катарина впервые посмотрела на императора, и в ее вопросе был вызов:

— Это она вам сообщила?

Ян оценил. И упрямство, и ярость, и желание что-то скрыть… Горько усмехнувшись, он прошел к стене, и нажав на секретную панель несколько минут ждал, пока стена отъедет в сторону, открывая нишу с одной единственной книгой. Кати не сдержала вздоха облегчения — она опасалась, что письма уже нашли.