Любовница отца

Ее руки машинально сжимаются в кулаки, и она, шмыгнув носом, гордо вздергивает подбородок.

— Ты обязательно сдержишь свое слово, дорогая. Я в тебе не сомневаюсь, — говорю максимально искренне. — Знаешь, ты у меня счастливица. Не у всех есть такие братья. Я всегда хотела быть младшей сестрой хорошего парня. Но, увы, у меня есть только Иришка. А самое главное, мы, наверное, поступили бы точно так же для наших мелких. И ты, и я. Не знаю, я такие подвиги не совершала. Но сейчас так восхищаюсь твоим братом, что словами не передать."

"Амина неуверенно улыбается. Встает с места, а я следом. Она крепко обнимает меня, благодарит за то, что я есть. И говорит, что я очень хорошая подруга. На самом деле я тоже счастлива, что у меня есть второй человек после Вики. И я не останусь одна, пока ее нет в городе. Вике пришлось уехать в Питер. И, кажется, надолго. Потому что у нее умер дядя. Самый близкий для нее человек после родителей, который всегда поддерживал их семью в трудные времена.

Пары заканчиваются, а я не могу выкинуть из головы слова Амины. Ее брат настоящий мужчина. Пусть это поступок не из лучших — брать вину чужого на себя, чтобы сестра с матерью лучше жили. Однако он достоин уважения. Если нет иного выбора…

Я погружаюсь в работу. Очень жду, когда появится Теоман. Но он, к сожалению, не появляется. Хоть и обычно приглашал на кофе или же пиццу заказывал, чтобы я голодной не оставалась.

Мой телефон вибрирует. Смотрю на экран в недоумении. Валентина Ивановна? Наша соседка этажом выше. Она мне никогда не звонит, но по вечерам иногда стучит в мою дверь, чтобы спросить, как я себя чувствую и как поживаю.

— Алло, — отвечаю, ощущая неприятные покалывания в области груди. — Теть Валь, я вас слушаю. Что-то случилось?

— Дианочка, — до меня доносится ее плач. — Тут… У Комаровых взрыв газа случился. Ваша квартира тоже сильно пострадала. Ты можешь приехать? Забери хотя бы что-нибудь, что в нормальном состоянии, милая.

Взрыв… Квартира сильно пострадала…

Там было все, связанное с родителями. Единственное напоминание об отце. Боже… Да там были мои сбережения! Там были фотографии мамы и папы, наши семейные!

— Я… Я сейчас, да, приеду, — запинаюсь. Мозг отказывается соображать. Отключаю звонок и дрожащими, оледеневшими пальцами набираю номер Теомана.

— Да, Диана.

— Те… Тео… По-пожалуйста, я могу уйти пораньше? Мне сроч-но надо…

Он меня не слушает. Короткие гудки заставляют очнуться и посмотреть на экран. Вырубил, не дослушав.

Но через минуту дверь резко распахивается, и он заходит в кабинет. Взволнованный.

— Что случилось? Ты почему такая бледная? — подходит, сжимает мои плечи. — Диана?!

— Наша квартира… Там взрыв случился у соседа. Боже… Я не знаю, что со мной случится.