Лобстер для Емели

– Есть один вопрос. Что с моим личным ухом? Может, какие-то капли выпишете?

Озерова взяла со стола пластмассовую лопатку, очень похожую на ту, которой пользуются домохозяйки, переворачивая на сковородке котлеты, и попросила:

– Закройте, пожалуйста, то ухо, к которому нет претензий, а потом прошу вас смежить веки.

– У меня на ушах век нет, – пропищала я, находясь почти в обмороке от обилия полученной информации.

– Я говорю о глазах, – объяснила Озерова. – Зажмурьтесь. И когда зажмуритесь, выслушайте меня и повторите мои слова!

– Простите, не обладаю хорошей памятью, – испугалась я. – Если ваш монолог окажется длинным, то вряд ли сумею выполнить задание.

– О нет, – засмеялась доктор, – всего пара простых слов. Даже малые дети справляются легко с таким заданием. Начнем?

Я кивнула, закрыла здоровое ухо лопаткой, зажмурилась…

– С-с-с-ц-ц, – донеслось через короткое время, – с-с-с-ц-ц.

Я открыла глаза, опустила руку и услышала вопрос.

– Что я сказала?

– С-с-ц, – кратко повторила я.

– Ситуация ясна, – улыбнулась Варвара Николаевна. – М-да! На самом деле я сказала «сосцевидный отросток пневматической системы височной кости». Дорогая, у вас данное ухо плохо слышит.

– Посоветуйте лекарство! – обрадовалась я.

– Непростая задача, – вздохнула профессор. – У меня через час другой пациент. Не успею назначить вам лечение. И устану, не отдохну перед приемом следующего недужного. Укажите свой имейл, получите наиподробнейшую инструкцию со всеми деталями.

– Спасибо! Ухо лечится?

– Лечить можно все, – кивнула Озерова, – даже лихорадку Берега обезьян. Вопрос, вылечат ли вас? Прошу оплатить счет за визит на кассе!

В самом радужном настроении я вышла из кабинета, быстро дошагала до ресепшена и узнала сумму, которую следовало отдать за визит.

– Э-э-э, – протянула я, – наверное, тут ошибка.

– Нет, нет, очень аккуратно посчитано, – заверила меня приятная женщина за стойкой. – Видите эту графу? В ней указана стоимость консультации за одну минуту.

– Простите, – забормотала я, – плохо слышу одним ухом. Если час работы профессора…

– Одна минута! – закричала моя собеседница."

"– Минута? – переспросила я.

– Ми-ну-та! – орала администратор. – В часе их шестьдесят! В вашем случае следует провести умножение оплаты одной минуты на сто двадцать пять.

Только бесконечным изумлением и полной растерянностью можно объяснить следующий мой вопрос:

– Почему на сто двадцать пять? Я была в кабинете доктора два часа.

Администратор взвыла сиреной:

– Отсчет времени идет с момента перешагивания больного через порог в кабинет и из кабинета. В дверь встроен датчик, он автоматически начинает и завершает часы работы профессора с пациентом и передает информацию на ресепшен.