Ло. Лётная школа

 — Скажи, друг мой, какой сегодня день?

— Да тот же самый, — удивился он, — ты отсутствовал один час сорок минут. Я вернул «У-два» на место, пошел к себе в корпус, чаю горяченького похлебал, потом побрел на берег. Подумал, мало ли, что может случиться, а тут вы. В клетке, в кровище дрыхните.

— Значит, время там идет, как хочет. Не параллельно, — заметила глубокомысленно я.

Комэск вышел из воды. Тяжело прошагал мимо, не взглянул. Остановился напротив Кацмана.

— Вот что, шутники, — заявил он холодно. Не пропустил. Ни дурацкого моего высказывания, ни шушуканья с напарником.

В деле, между прочим, спасения его безупречной, командирской задницы! — Запомните: вы оба угнали биплан бригадира, чтобы покататься. Ничего не видели, ничего не знаете. Если хоть слово уйдет наружу, никто из вас в Школе не задержится. Ясно?

— Да, сэр! — Израэль Герш, дважды закованный в клятву молчания, кинул растопыренную пятерню к взлохмаченной башке.

Барон чуть наклонил голову, прощаясь. Не стал дожидаться моего ответа и пошагал широко босыми ногами прочь.

— Твой комэск сказал спасибо или я чего-то недопонял? — пробулькал Изя.

— Его должны были сожрать сегодня на рассвете.

Переживает, — засмеялась я вместе с товарищем.

А что еще оставалось?

Первый вылет! Осталось шесть дней.

Неназываемый, сделай это для меня! Я мечтала выиграть Первый вылет. Бредила. Пусть барон увидит, что я не просто так, что я могу! Пусть резкость скажет, как раньше! Пусть хотя бы взглянет в лицо, а не на левое ухо.

У всех в нашей эскадрилье имелся опыт воздухоплавания и любительские права. Ну, почти. Сиятельный комэск беззастенчиво прицепил к ним новичков, вроде меня. Сам вечно пропадал где-то. Ребята шептались, мол, СБ затаскало нашего командира по инстанциям.

А мне все мерещилось, что он скрывается лично от меня.

Я сделала для себя интересные открытия в нынешней своей жизни."

"Первое. Например, поняла запоздало, как расточительно много командир уделял мне внимания раньше. В какую красивую компанию я попала с первых своих минут в Школе. Три комэска и я, шикарно до невозможности. Пикники, пари и благородная компания. Беззаботная жизнь! Все закончилось, словно не со мной было. Кей-Мерер виден только на утреннем построении в далекой перспективе первого звена.

Иван и Эспозито едва здороваются, своих дел у них невпроворот. Изя, верный товарищ, хотел бы встречаться чаще, но здесь оказалось, что некогда общаться мне. Я зубрила теорию и до одури торчала за штурвалом симулятора.

Открытие номер два. Я страдала. Вот прямо, как очумелая влюбленная дура из идиотских истрепанных книжек, которые девчонки в Сент-Грей читали запоем и раскидывали везде. Овца! Я бесилась, разрывалась надвое от прилипшей намертво шизофренической катастрофы, но взять себя в руки не получалось.