Измена. Мы больше не твои

— Пусти, кому сказала!

Ноль реакции!

И после этого он хочет, чтобы я оставалась его женой? Чтобы он вытирал об меня ноги?

Размечтался!

Артем еще секунду прижигает меня взглядом, прежде чем прервать зрительный контакт и посмотреть поверх моей головы."

"— Катя, прости, но мне нужно разобраться с женой. Закрой за собой дверь, — Артем, наконец, отпускает меня. Едва не стону, чувствуя жар в тех местах, куда впивались пальцы мужа.

Глубоко вздыхаю, но толком не успеваю прийти в себя, как Артем хватает меня за запястье и тянет обратно в комнату. Спотыкаюсь, цепляясь за свою же ногу.

Муж, кажется, уже думать забыл о своей любовнице, которая так и осталась стоять в проходе, но она все-таки решает напомнить о себе.

— Александра, извините, — окликает меня любовница мужа. Бросаю взгляд через плечо, но тут же жалею, потому что от меня не скрывается коварство в глазах девушки, — я не спала с вашим мужем, — приоткрывает рот в форме буквы “о”, проходится пальцами по уголками губ, после чего самодовольно усмехается и закрывает дверь.

Глава 7

Ярость невероятной силы вспыхивает в груди. Кровь закипает в венах. Дыхание застревает в груди. Но я с силой проталкиваю в легкие воздух. Сейчас нельзя терять самообладание окончательно. Дергаю руку, пытаясь вырвать ее из хватки мужа, но грубые пальцы только сильнее впиваются в нежную кожу запястья, стягивают ее, причиняя боль. Стискиваю челюсти, чтобы не застонать. Скорее всего, останутся следы, но мне плевать. Единственное, чего я хочу — чтобы Артем прекратил ко мне прикасаться теми самыми пальцами, которые были в…

Фу!

Кривлюсь. Дергая руку снова и снова, совсем забывая о боли.

Жаль, что хватка у мужа железная!

Открываю рот, чтобы потребовать отпустить меня, но не успеваю даже выдохнуть, как Артем разворачивается, хватает меня за плечи и вдавливает в стену.

Жесткий удар выбивает из легких весь воздух, но даже это не мешает мне злобно зыркать в пылающие бешенством глаза мужа.

— До чего ты опустилась? — рычит Артем, сокращает остатки расстояние между нами, нависает надо мной.

Его горячее дыхание опаляет кожу лица. Хвойный с древесными нотками аромат забивается в ноздри, оседает на языке. К щекам приливает кровь, но не из-за смущения, а из-за гнева, который рвется из меня с рваным дыханием. Сердце мчится с такой скоростью, будто готовиться выпрыгнуть из груди. Ладони зудят от желания врезать Артему, но он так сильно сдавливает мои плечи, что руки едва не отнимаются.

— Это ты до чего опустился? — выплевываю мужу в лицо, меня буквально разрывает от ярости. — Засовывать язык в глотку другой бабе посреди парка, да еще и при наших детях…

Мне становится настолько противно, что я договорить не могу, тошнота подкатывает к горлу.