Ловушка для принцессы

Яркое синее свечение показало, что доступ мне разрешен, и в следующую секунду скала содрогнулась, открывая проход.

— Ка-а-ат, — прошептал Динар, — это магия!

— Только на первом этапе. — Я, терпеливо ожидая возможности двигаться вперед, стояла, все так же держа ладонь.

— Ты же ненавидишь магию, — поддел рыжий.

— Динар, ты людей любишь?

— Не особо.

— Но используешь.

— Куда же я денусь.

— Вот и у меня та же история с магией.

Щелчок гулом разнесся в ночи. Вступив в открывшееся пространство, я стремительно набрала королевский код, с силой двумя руками вдавливая каждый нужный камень в кладке.

С последним вышли сложности — никак не желал продавливаться. Шорох едва слышных шагов, и одна рука Динара обвила мою талию, отодвинув меня от стены, второй он с легкостью довершил то, на что у меня сил не хватило. И вот теперь вся скала содрогалась, открывая этот проход и все, следующие за ним.

— Спасибо, — я мягко освободилась, — поторопимся.

Едва мы вошли в тоннель, по пути нашего следования начали вспыхивать факелы. Динар шел рядом со мной, возглавляя колонну воинов, и с интересом разглядывал сводчатые потолки, желобки с горючим веществом, сами масляные факелы.

— Магия? — Голос его вдруг стал сиплым.

— Механика. — Мне нравился вот такой изумленный рыжий, у которого в глазах был какой-то детский восторг. — Это масло земли.

— Да?"

"— Ага. — Я подошла к желобкам, сейчас наполненным маслянистой жидкостью, которая опережала нас на сотню шагов. Окунув пальцы, растерла темную субстанцию, морщась от неприятного запаха. — Кесарь мне подарил… — озноб прошел по коже при воспоминании об очередном подарке нашего всемогущего.

— Мне кесарь никогда ничего не дарил, — Динар взял меня за руку и на ходу начал рассматривать мои пальцы.

 — Так что это? И почему черное?

— Масло земли, — терпеливо начала объяснять я, попутно достав платок и вытерев ладонь. — Добывается в разломах в землях пустынных кочевников.

— На юге от Либерии?

— Да, за Кантонской грядой. Мы закупаем его на шахтах кесаря, сливаем в глиняные амфоры, накрываем мокрыми шкурами, и быки их осторожно везут, а погонщики постоянно следят, чтобы шкуры не высыхали.

— К чему такие предосторожности?

Осторожно подойдя к факелу, я подожгла испачканный маслом платок и мгновенно бросила его на каменный пол.

Пламя, радостно потрескивая, охватило ткань и с ревом усилилось, едва поглотило пропитанные маслом участки.

— Масло течет по желобкам, его поток поворачивает трут, трут поджигает факел, — объяснила я, уводя Динара от затухающего костерка дальше по переходу. — Когда же вход запечатывается, по желобу идет вода и гасит огонь.

Даллариец молча смотрел на стены, темные неспешные потоки земляного масла, на факелы, которые вспыхивали впереди.