ЛВ 3 (СИ)

И к тебе с поклоном я еще приду, поклонюсь до самой земли-матушки, а сейчас вопрос есть важный — маги просят доступ на Ведьмину гору. Просят настойчиво, говорят, что о нас, нашей жизни заботятся. Что делать мне, Веся? Пустить, али прочь прогнать?

Прямо спросила, совета напряженно ожидая, а я… Что я сказать могла? Я вопрос задала:

— Ульгерда, ты с навкарой справиться сумеешь?

Побледнела теща барона, лицо ее бледнее снега стало.

Посидев в задумчивости, правду сказала:

— Советовать я не могу, Ульгерда, но сама я, как ведьма, с одной навкарой может и справилась бы, да только сомневаюсь, что там, в горе Ведьминой одна тварь скрывается.

Опустила взгляд старая ведьма, сама все так же бледнее призрака, глаза лихорадочно бегают, да руки дрожат.

— Черная плесень, как скверна поганая, на нижних уровнях горы давно есть, все отмывали ее да отмывали, а она по новой ползет. Тогда верховные приказали старательнее полы мыть, а теперь… Теперь что мне думать?

— О самом страшном подумай, — посоветовала ей. — Да к самому худшему готова будь.

Меня до сих пор как вспомню о случившемся да о ловушке чародейской трясет дрожью крупной, на самом краю гибели были, на самом краешке. До сих пор жутко.

— Я открою гору для магов, — тяжело, словно каждое слово с болью ей давалось, ответила Ульгерда.

И на меня посмотрела выжидательно. Я не кивнула, не подтвердила ничем согласие с мнением ее, я молча сидеть осталась… потому что не знала, что лучше. Просто не знала. Ведьмина гора завсегда была оплотом нерушимым-непроходимым, кто ж знал-ведал, что проникнут в него чародейки, подлостью да подлогом, но проникнут, ведь в лесу Заповедном им места не было, ведуний лесных проще убить, чем провести… И тут подумалось мне вот что.

— Ульгерда, — я на старую знакомицу поглядела, — ко мне иди.

Не поняла ведьма сразу, оно ж такое сразу и не поймешь, а я вот что придумала:

— Гиблый яр теперь мне принадлежит, на севере его гор много, гряда цельная хребтом облака пронзает. Забирай всех, всех кого можешь, да ко мне летите, путь укажу.

Замерла Ульгерда, нахмурилась и честно сказала:

— Веся, среди нас все еще и нежить может быть.

— Так-то оно так, — кивнула я, — да только Ярина нежить не пропустит, в том-то и суть. Нечисти завсегда рады, а нежити ходу в леса мои Заповедные нет.

Призадумалась Ульгерда. Да думала недолго, и кивнула вскоре, а затем и сказала благодарственно:"

"— Спасибо тебе, Весяна. От всего сердца благодарю.

— Не до благодарностей, — ответила со вздохом, — нам бы выжить сейчас… всем.

Кивнула Ульгерда, прощаться не стала, так связь оборвала.