Львиная доля серой мышки

Понимаете, если бы прикатила ДПС, началось бы разбирательство и выяснилось, что я принял алкоголь, я бы надолго лишился прав. Кабы еще кто увечье получил, тогда бы точно в ГИБДД обратился.

— Как же вы в больницу попали? — спросила Аня.

— Беатриса по мобильному «Скорую» вызвала, дала медикам денег, чтобы никому про ДТП не сообщали, и велела везти в клинику, где у нас контракт куплен, — признался Потап. — Да, она нарушила закон, но кому от этого плохо? Я жену целиком и полностью одобрил. Мне нельзя без прав остаться.

— Вы потом месяц лежали в коме? — уточнила Люба.

Персакис скрестил руки на груди.

— Сорок один день. Хирурги провели несколько операций. У меня были сломаны подбородок, нос, скула. От удара подушкой безопасности повредился глаз, теперь я ношу очки с затемнением. Ну и шрамы остались.

— Они красят мужчину, — улыбнулся Ватагин. — Некоторые специально их делают, чтобы героями выглядеть.

Потап кашлянул.

— Я не прочь вернуть себе прежнюю внешность, но не получится. Мама мне сказала: «Дорогой, ты слегка изменился, но моя любовь к тебе от этого не уменьшилась, я уже привыкла к тому, как ты выглядишь сейчас».

— Провалы в памяти сохранились? — деловито осведомилась Люба. — Кома ведь бесследно не проходит, всегда «хвост» оставит. Даже суточная. А у вас сорок один день, серьезная вещь."

"— К сожалению, да, — кивнул Потап. — Иногда приду в комнату и стою в растерянности, вспоминая, что мне тут надо. Или элементарного не помню. Недавно старший сын попросил: «Папа, сделай лягушку оригами». Я прямо завис — это что? Детям мы про аварию не рассказывали, они малы еще для таких историй. Мама сообразила, в чем дело, внуков отвлекла. Я в поисковик полез, прочитал про искусство складывать фигурки из бумаги. Неужели я их делал? Ну ничего не помню! Пришлось заново науку осваивать.

— Мозг пока для врачей terra incognita, — вздохнула Люба, — чем больше о нем выясняем, тем яснее понимаем, что ничего не знаем. Вам повезло, что так быстро реабилитировались. В какой клинике лежали?

Потап взял со стола бутылку минералки и открутил пробку.

— «Знахариус». Название глупое, но центр очень хороший.

— Маленький, — добавила Дита, глядя в компьютер, — стационар на двадцать коек.

— Врачи прекрасные, оборудование новейшее, — принялся нахваливать больницу Потап. — Что еще надо?

— Забудем временно про аварию, вернемся в наши дни, — нежно пропела Эдита. — Мартина Столова обвинила вас в изнасиловании, потребовала алименты на дочь Анфису. Вы, чтобы доказать свою полнейшую невиновность, сдали биологический материал на анализ ДНК. И… словно сосулька на голову, свалилась весть о вашем бесплодии.

Потап сделал быстрое движение рукой.

— Один раз я уже объяснял здесь, как отреагировал на новость. Не вижу смысла в повторении.