Кумтрест

Как мне теперь на УДО идти?

— Вон там, за забором твоя семейная жизнь, а здесь зона твоя семейная жизнь. Скажи спасибо, что участкового не вызвали. — Васильев повысил голос. — Жена третий срок к тебе ездит, жратву сумками и баулами возит. Ты живёшь припеваючи и ещё возникаешь?

— Так она меня и садит третий раз подряд. Я требую прокурора и срочного развода с женой.

— И правильно делает, что садит. Если бы не она, тебя бы дурака давно уже убили. Ещё есть вопросы, помимо этих? Есть будешь?

— Не буду. К администрации вопросов больше нет."

"Васильев позвал младшего инспектора изолятора и отправил этого дурака обратно в камеру. Потом предупредил смену, чтобы его держали в курсе о том, как пройдёт ужин, ночь и завтрак.

Утром оперативный дежурный сообщил Васильеву, что Лозоплётов от ужина и завтрака отказался. Если сегодня не приедет прокурор, он разобьёт себе голову о стену. Идиот, подумал Васильев. Наверно на свиданке не успел с женой расслабиться, теперь с ним одни проблемы. Сначала надо было переспать с женой, а потом скандал устраивать. Как они вообще вместе жили?

Васильев спросил у дежурного, как ведут себя два его соседа, так как по понятиям они обязаны поддержать его голодовкой. Дежурный ответил, что они просят переехать в другую камеру или они сами его силой накормят. Васильев их прекрасно понимал, так как невольные соседи здесь не причём. Дебильную голодовку не хотят поддерживать, но обязаны по понятиям. В будущем, если вопрос встанет ребром, уже никто и не вспомнит причины голодовки Лозоплётова. Им проблемы не нужны, они же не виноваты, что он безмозглый кухонный боец. Васильев сказал дежурному их пересадить в другую камеру. Когда будет в изоляторе, сделает запись в документах о переводе.

От обеда осужденный Лозоплётов тоже отказался. Это значит, что уже прошли сутки, а регистрировать не хотелось бы. Васильев позвал дневального штаба и сказал, чтобы приготовили инструменты для пыток.

— Только помойте их хорошо. — сказал Васильев. — Запылились уже от редкого применения.

— Василий Васильевич. — спросил дневальный. — Вы наверно в ШИЗО собрались идти? Этого семьянина пытать будете?

— Да. Ты же знаешь, что я терпеть не могу, когда голодуют без оснований. Это плохо влияет на оперативную обстановку в колонии.

Васильев взял сумку с инструментами и пошёл в ШИЗО. Его встретил младший инспектор и улыбнулся, увидев знакомую сумку.

— Бунтовщика пытать будем? — спросил младший инспектор. — Я помогу, если что, Василий Васильевич. Ох люблю я это дело.

— Конечно поможешь, куда без вас.

Васильев начал доставать из сумки специальные инструменты для пыток незаконно голодующих.