Кумтрест

 — Риск у нас тобой был разный и ты свои подписи нигде не ставил. Но это тоже неплохо для первого года замом.

— Спасибо Игорь Валерьевич. — улыбнувшись сказал Бобышкин."

"Он заглянул в конверт и увидел одну красную пачку. Пятьсот. Мало, конечно. Он хотел больше, зная всю сумму и сколько реально денег дошло до зоны. Но это его не расстроило, а только обрадовало. Самое главное было то, что он сейчас находился в одной лодке с начальником колонии и генералом. Это было гораздо важнее и давало любую свободу действий.

— Это ещё не всё. Тебе досрочно присвоено звание подполковник!

— Служу Отечеству!

Бобышкин, как обычно, не забыл Горлова, который уже намекал про стройку и помощь в продвижении по карьерной лестнице. Бобышкин не стал жадничать и половину заработанных денег отвёз в детский приют. Он положил их в ящик для пожертвований в точно указанные Горловым день, час и минуту. Судя потому, что Горлов потом себя никак не обозначил, его устраивала оперативная работа Бобышкина.

Глава 2

ИК-3. Честь мундира

Кем-то сказанная фраза «строги к себе — строги ко всем» сильно втемяшилась Васильеву в голову. Она накладывала своеобразный отпечаток на его работу и жизнь. Осужденные это знали и не позволяли себе с ним шутить. Если они будут косячить, то услышат, что «доброту за слабость принимать не надо». Потом последуют водворения в изолятор и закручивание гаек во всей зоне. И по закону, и по понятиям.

Был обычный день. Народ шёл к Васильеву с разными вопросами — кто пожаловаться, кто информацию слить, а кто житейские вопросы порешать. Жизнь в зоне шла своим чередом, УДО, ШИЗО, приехал, уехал.

Осужденный Незоров по кличке Слепой к Васильеву приходил редко, но метко. Он был нормальным мужиком и информацию давал всегда стоящую. Правда по принципу услуга за услугу. В ответ много не просил, да и в тот момент для Васильева это были простые вопросы. Порешать по греву кого-нибудь, дни на свиданку пропедалить или вывести на работу. Незоров был из порядочных, за свой базар всегда отвечал и иногда решал общие вопросы, чтобы блаткомитет его со счетов не списывал.

— Здравствуйте Василий Васильевич.

— Здорово Слепой, какими судьбами? Как дела?

— Василич, ты же знаешь. Дела у прокурора, а у нас, как у воришки, так, мелкие делишки.

— Слепой, ты по делу или как? Или так, за жили-были поговорить?

— По делу Василич, по делу. Тема только очень скользкая. Мне бы за свиданку порешать, брат хочет приехать, троюродный.

— А что за тема такая скользкая? Ты бы поконкретней. С братом решим, не переживай. Что за тема?

— Есть основание полагать, что одну из ваших сотрудниц в зоне трахает осужденный.

Васильев поперхнулся чаем, который пил, прокашлялся и вытер платочком губы.