Лагерный волк
О чём книга «Лагерный волк»
Ролан не любил тихий порядок и скучную рутину. Его жизнь шла параллелью с ужасами войны, перенося его в зоны для военнопленных, где каждый день был наполнен безнадежностью и жестокостью. В этом мирном лагере среди невольников Ролан стал неотъемлемой частью их быта, хотя сам часто ощущал себя чужим здесь. Постепенно он начал замечать в себе дикие качества – как волчий hunger и жажда власти, которые наконец-то позволили ему вырваться из своей маленькой жизненной колыбели, становясь настоящим лагер...И не хотел знать. Но, видимо, сам банкир догадывался, что ему грозит опасность. Поэтому окружил себя солидной охраной. Около десятка крепких ребят с цепкими взглядами наводили на грустные размышления. Не добавляла оптимизма и схема перемещений. Банкир жил в центре элитного охраняемого поселка, садился в машину во дворе своего дома, выезжал в сопровождении точно такого же, как у него, авто с охраной. И трудно было понять, в какой машине находится он, а в какой телохранители. Ехал эскорт на большой скорости, с мигалками, на светофорах не тормозил. Без остановок въезжал в ворота двора, примыкающего к банку, – не было возможности наблюдать, как объект выходит из машины. Дом охранялся, банк тоже. И в пути охрана...
Но Ролан не отчаивался. Наблюдал за жертвой, искал к нему подходы. И в конце концов нащупал одну его слабость.
Когда страной правил Ельцин, правительственные и прочие шишкари повально увлекались теннисом. Но времена изменились. Путин поставил элитные массы перед выбором – или дзюдо, или горные лыжи. Большинство предпочло второй вариант. Кому охота ломать себе кости на татами. Банкир тоже увлекся лыжами. И в перерывах между выездами в Швейцарские Альпы по выходным тренировался близ деревни Русские Грязи, где имелся вполне подходящий крутой, правда, не очень длинный, склон.
Но место открытое. На всем протяжении спуска в радиусе полутора-двух километров не было ни единого кустика или деревца, за которым мог спрятаться снайпер. Можно было просто залечь в снег под прикрытием маскхалата. Но телохранители не идиоты, они запросто вычислят направление выстрела. И у них снегоходы, от них на лыжах не уйдешь. И на машине тоже. Да и не так-то просто попасть в жертву. На вершине склона он закрыт телохранителями. Внизу его ждет охрана. И на подъемнике он едет в закрытой кабинке. А чтобы снять его в движении под гору, нужно быть суперснайпером, а Ролан таковым не был. Стрелять из «снайперки» он мог, но на уровне хорошего солдата-снайпера. И Петруха обладал примерно таким же классом стрельбы.
И все же были моменты, когда жертва находилась в поле зрения. Но пока что Ролан мог наблюдать за нею только через оптику бинокля. Другой возможности подобраться близко, увы, не было. Начальник охраны четко знал свое дело. И был спокоен за банкира, потому что не видел угрозы для его жизни. Но ведь должна же была существовать хотя бы гипотетическая опасность. И Ролан эту опасность должен был создать...
– Может, ракету с самонаводящейся головкой попробовать, – с унылым видом предложил Петруха.
Он тоже не видел возможности подобраться к банкиру на реально опасное для него расстояние. Вариант со снайперской винтовкой он отметал начисто. А с ракетой он неплохо придумал.
– А у тебя есть? – хмыкнул Ролан.
– Нет.
– Тогда молчи.