Лагерный волк
О чём книга «Лагерный волк»
Ролан не любил тихий порядок и скучную рутину. Его жизнь шла параллелью с ужасами войны, перенося его в зоны для военнопленных, где каждый день был наполнен безнадежностью и жестокостью. В этом мирном лагере среди невольников Ролан стал неотъемлемой частью их быта, хотя сам часто ощущал себя чужим здесь. Постепенно он начал замечать в себе дикие качества – как волчий hunger и жажда власти, которые наконец-то позволили ему вырваться из своей маленькой жизненной колыбели, становясь настоящим лагер...Еще не вымерла деревня, но все к тому шло.
С жильем проблем не возникло. Председатель сельсовета сам показал Ролану на лучшую из брошенных изб. Поверил, что шабашники к нему приехали. Радости-то было... А хрена, работать никто не собирался. Хотя хату подремонтировали. Двери укрепили, стекла вставили, печь перебрали, все такое. Ну, еще и бабам помогали. Не всем, конечно, а тем, кто того стоил. Дров там наколоть..."
"Ролану приглянулась тридцатишестилетняя вдова Катюха. До той же Венеры ей далеко. Но на личико вроде бы ничего, и формы не очень расплывшиеся. Жаркая, любвеобильная. В общем, доставила она Ролану немало приятных моментов. Но у него и в мыслях нет жениться на ней. А она только и ждет, чтобы он предложение ей сделал. Запарила его своими намеками...
Но больше всего повезло Петрухе. Самую лучшую на деревне охмурил – двадцатилетнюю Любку. Девка из города к матери вернулась, с ребенком на руках. Ничего бабенка. Не красавица, но и не третий сорт. Петруха три дня ее обхаживал. В конце концов добился своего. Похаживает к ней. Но и о других не забывает. Настоящий деревенский пахарь. Пашет баб почти без всякого разбора. Для него что двадцать лет, что пятьдесят. Однажды по пьяной лавке всех своих баб в хату пригласил. Сначала все мирно было. Ели, пили. А потом выяснение отношений началось. Настоящий шабаш...
Не сказать, что жизнь в деревне – кайф. Но были нескучные моменты.
– Дергать отсюда нужно, – сказал Лиман. – Снег сошел, дороги просохли, как бы участковый не нагрянул. Мочить ведь придется. А это волна...
– Волну нам поднимать нельзя, – кивнул Ролан. – И вообще, сворачиваться нужно...
– Может, лучше мухомору башку свернем, чтобы не припахивал? – спросил Петруха. – По-тихому, и в речку. Он рыбалить любит. Пусть народ думает, что его сом утащил в речку...
– Что, уезжать не хоца?
– Так нормально же... Скоро лето. Народ из города потянется – молодухи будут...
– А может, лучше мы в город, к молодухам?
– Да можно и так, – без особого желания согласился Петруха.
Как и все, он прекрасно понимал, что в Черноземске появляться опасно. Менты их, сто пудов, ищут. А может, и братва подряглась... Но хочешь не хочешь, а надо было возвращаться по душу Волока. Тем более что Ролан этого хотел. Должен же был кто-то ответить за его порушенную жизнь...
2
В Черноземск Волок возвращался на своем личном самолете. Старый добрый «Як-40». Самая надежная машина. А после капитального ремонта с элементами модернизации этот самолет стал еще надежней. Внутри как в лучших салонах – комната отдыха, личный кабинет со всеми офисными и телекоммуникационными наворотами.
У Волока было много денег. Очень много. А скоро их станет еще больше. Правительство уверенно держит курс на обогащение монополистов.
