Медорфенов. Книга 5. Последний рейд

— Что касается второго вашего вопроса — после завершения нашей «беседы» я потрачу на каждого по тридцать секунд и лично объясню каждому его задачи на время рейда. В индивидуальном порядке.

Странно как-то… И почему это нельзя сказать во всеуслышание? Так же будет гораздо удобнее. От кого-то скрываются или что?

По лицу Марии было видно, что она тоже не совсем понимает причин подобного решения, однако больше никаких вопросов от одного из сильнейших одаренных нашей группы, насколько я предполагаю, не последовало.

— Все утолили свое любопытство? — выждав небольшую паузу, гигант начал подводить наше собрание к концу.

— Тогда попрошу всех в порядке очереди подойти ко мне."

"Охтар сложил большие и указательные пальцы рук в треугольник и активировал какое-то плетение, после чего вокруг него начало вращаться светящееся кольцо, состоящее из рунических символов. Ещё один представитель необычного аспекта. Как и в случае с базисом, рунная магия — довольно специфическое направление, сильно отличающееся от тех же элементальных плетений.

Естественно, первой к гиганту направилась Мария, после чего между ними тут же завязался довольно оживленный диалог.

Конструкт Охтара блокировал все звуки, поэтому я попробовал прочитать содержание их разговора по губам, однако меня отвлекли.

— А задница у этой Эдельвайс ничего, да? — раздался сзади беззаботный голос.

— Ага, — рефлекторно кивнул я, после чего одернул себя и обернулся. — Чего?

За моей спиной обнаружился Никита, во все глаза пялившийся на пятую точку Марии.

— Да не парься ты так, — мажор перевел взгляд нам меня. — Поговаривают, что она сама любительница поохотиться на молоденьких мальчиков.

А с учетом того, что ей уже четвертый десяток лет… — Никита довольно зажмурился и передернул плечами. — Представь только, что она умеет!

— Ты бы поаккуратнее был в своих высказываниях, — намекнул я на довольно громкую речь парня, про себя всё больше удивляясь его характеру.

Пока что в моих глазах формировался образ классического избалованного и наглого дворянчика, которого влиятельный отец отмажет от всех проблем. Однако факт того, что он каким-то образом затесался в предстоящий рейд, показывал, что всё обстоит совсем не так просто.

— Всё в порядке, — махнул Никита рукой. — Ты лучше объясни мне, почему сразу не сказал, что возглавляешь род Медорфеновых? Я же тебя и правда за нищего какого-то принял.

Судя по всему, кто-то из той пятерки аристократов знал меня в лицо и сообщил парню мою фамилию, из-за чего и переменилось его отношение ко мне. Правда я пока не очень понимал, с какой это стати легкое пренебрежение и надменность перешли сразу в панибратство, однако я уже выяснил, что Никита не так прост, как может показаться на первый взгляд.