Мертвое море

Подвязал его за руки к какой-то выступающей трубе, после чего, чередуя восстановительные искорки, привел в чувство. Сразу же злобно зашептал ему на ухо:

– Глазки открывать не пытайся, не то выпадут! А чтобы они вместе с твоей головой на пол не свалились, отвечай: кто такой?!

Парень нервно сглотнул, затем прокашлялся, словно затягивая время и раздумывая, но запираться не стал:

– Младшая стража барона Гепистора…

– Кого это вас отправили ловить и зачем?

– Двух чужаков, без разрешения проникших на территорию баронства. Его светлость Гепистор в таких случаях требует нарушителей доставить живьем и сам с ними разбирается.

– Надо же!.. И где находится замок этой вашей обу-ревшей светлости?

– Так, э-э-э… кому положено знать – те знают…

На эту дерзкую попытку уйти от ответов я отреагировал циничным применением лечебных эрги’сов, только со знаком минус. Оно ведь и лекарство убить может, если его не в ту дырку залить или подать не той температуры. Вот и парень проорался хорошенько, после чего получил импульс покоя и расслабления. Зато отвечал в дальнейшем так быстро, что я не успевал задавать вопросы."

"Получалось, что барон Гепистор считался этаким местным злом в квадрате. Его некогда изгнали из верхних ярусов Стены за многочисленные преступления, так он самовольно присвоил себе несколько уровней над технической палубой и устроил небольшое диктаторское государство. Причем для себя лично и для приближенных он имел непосредственный выход в долину, где среди садов и проживал большую часть суток. А вниз спускался на отлично действующем лифте, чтобы творить черные дела. Грабить, убивать, попутно подгребая под свое крылышко преступные элементы нижнего города.

А почему княжеские власти не приструнят разбойника? Почему не организуют карательную экспедицию во главе с жандармскими экселенсами? А потому что кто-то из высшей знати прикрывает татя Гепистора и его бандитов. Правда, себя и своих товарищей допрашиваемый парень бандитами не считал. Настаивал на терминологии «личная стража», но финальный диагноз нашей пары иномирцев прозвучал однозначно:

– Виновны! Лечить нельзя, казнить! – и запятая в приговоре оказалась на своем месте. Особенно после уточнения по поводу пленников. Их барон не томил в тюрьме, не заставлял работать на полях или на фермах и не требовал за них выкуп. А банально тренировался на живых телах в рубке мечами, а потом искромсанные части скармливал свиньям.

И ладно бы «младшая стража» о таком не знала! Знала ведь, работала на своего ублюдочного атамана и послушно поставляла ему ежедневно новых пленников. А значит, соучастники, проходящие по самым тяжким статьям, сходным с людоедством. А с теми мы в мире Трех Щитов навоевались, потому разговор был коротким.