Месяц за Рубиконом

Стражи вообще склонны к таким застреваниям, могут пару минут перечислять.

– А кто?

Подумав, я пожал плечами:

– Я джокер.

Стража подумала и уточнила:

– Это как в кино?

– Хуже. Это как в картах. Скажи, где тут огневой полигон?

Стража указала рукой и пробормотала:

– Странный ты. Будто человек.

– Таково Изменение, – ответил я.

Я уже понял, что этот ответ годится на любой вопрос.

Глава третья

До огневого полигона было километров пять. В серо-снежной целине Измененные протоптали широкую тропинку, скорее даже зимник, с крепкими высокими вешками метрах в пятидесяти друг от друга.

Значит, здесь бывают метели, когда можно сбиться с пути.

Заходящая звезда тускло светила мне в спину, длинная тень болталась впереди. От красного солнца осталась лишь неправдоподобно широкая полоса на горизонте, гаснущая с каждой секундой. Сутки на Саельме длятся ровно шесть часов. Настолько ровно, что я даже не сомневался – вращение планеты задано искусственно.

Я шел быстро, но меня то и дело обгоняли стражи, спешащие на полигон. Похоже, они совмещали дорогу с разминкой: то бежали легким марафонским бегом, то ускорялись, то переходили на шаг, подчиняясь какому-то своему режиму.

Собственно говоря, они все выбирали сами. Когда лечь спать, когда идти в столовую, когда тренироваться. Какие-то команды им явно давало местное Гнездо, но большей частью все действовали самостоятельно.

Странная армия, если подумать. Армия – это ведь в первую очередь дисциплина, командный дух, прочая ерунда; ты часть команды, ты выполняешь приказы, у тебя жесткий режим.

А тут, на первый взгляд, царила какая-то вольница. Может, так себя вели пираты, или казаки, или еще какие-нибудь ополченцы, но никак не войска галактической цивилизации Инсеков!

Один раз высоко в небе бесшумно пролетел глайдер Измененных – узкое веретено из серо-синего металла. Ни крыльев, ни двигателей у него не было, как он передвигается – я тоже не знал. Управлению глайдерами учили в самом конце курса, вряд ли я его дождусь. Но глайдер смотрелся красиво, и я постоял минуту, провожая его взглядом.

Навстречу мне тоже шли Измененные, большей частью, конечно, стражи. Попалось и несколько толстых неуклюжих монахов, и несколько жниц – когда я их увидел, у меня снова тоскливо заныло в груди. Жницы здесь выполняли те же функции, что и на Земле, – учили, готовили, убирали, вели хозяйство.

Прошел и строитель – кряжистый, невысокий, похожий на сказочного гнома. Я повидал не так много Изменений, но уже понял, что семь видов обитателей Гнезд на Земле – это лишь верхушка айсберга.