Мистер Смерть и чокнутая ведьма

Белла и Енька неслышно соскользнули с кровати и на цыпочках двинулись к двери.

— Хороший у тебя муж. Даром что некромант, — прошептал Вася.

— Хороший, — эхом отозвалась я. — Ты его не обижай.

— Ну что ты, Аринушка, — с укором взглянул на меня домовой. — Он тебя с того света вытянул и сколько сил истратил… А уж как переживал. Да я за это теперь и его верный помощник и друг. Держись за него, девочка моя. Лучше не найдешь, уж поверь старому духу.

Вася занес меня в ванную, бережно усадил туда и включил воду.

— Снимай сорочку, хорошая моя. Полежи в теплой ванне, пусть мышцы расслабятся.

А потом, если хочешь, я тебе массаж сделаю, как в детстве. Помнишь, когда ты с гимнастики приходила и плакала, что всё тело болит?

— Помню, — улыбнулась я."

"Было такое в моей биографии до тех пор, пока у меня вдруг резко, за лето, не выросла грудь, а весь остальной организм не решил, что анорексия — это не для нас. И вообще, девушку украшает гармонично сложенная фигура — с бюстом, тонкой талией, явно отличающейся от бедер, и с нормальной попой, а не мослы, обтянутые кожей. У ведьм физиологическое взросление происходит несколько иначе, чем у простых людей.

Я как-то быстро, за несколько месяцев, из нескладного угловатого подростка превратилась в оформившуюся молодую стройную девушку.

— Вот и славно, девочка. Сейчас я тебе эссенцию накапаю твою любимую в водичку, а потом разомну. Четверо суток лежать, это ж как всё тело затекло… — приговаривал домовой, хлопоча надо мной, как наседка.

Васю я не стеснялась никогда. Он не мужчина, а дух, к тому же пеленки мне когда-то менял и на горшок высаживал. Да и я для него не женщина, а дитё любимое, которое никогда не повзрослеет, ибо самому домовому минуло уже несколько столетий.

Он еще с моими бабками и прабабками жил, хозяйство их вел, потом с мамой, а там и я появилась и к себе его забрала. Чую, еще несколько поколений Стрельцовых взрастит и выпестует Василий Васильевич, и все мы для него будем родными и любимыми.

Стащив сорочку, я опустила взгляд на то место, где был воткнут кинжал. Опасалась увидеть шрамик, но ничего не обнаружилось.

— Вась, а ко мне лекаря вызывали? Кто вообще мной занимался? — спросила, потирая пострадавшее при неудавшемся убийстве место.

— Нет. Сначала Теодор тобой занимался, ткани сращивал и колдовал что-то свое, некромантское. Мне Элизабет сказала, что они это могут. В смысле, раны заращивать и швы. Вот твой муж и добивался, чтобы ни следа не осталось и внутри все срослось. А потом Ксения тебя отпаивала своими эликсирами. Ох и намучились они с тобой, Аринка. Ты чего ж такая вредная-то, а? Мистер Смерть твою душу несколько раз отлавливал на пару со своей матушкой да в тело обратно запихивал.