0
0Сколько раз ему приходили в голову разные уловки, которые могли бы позволить повидаться с Яной, не нарушая запрета не видеться. Но все уловки магистр тоже запретил.
Моррис находил утешение в работе. Ему доставляло удовольствие заниматься обеспечением благополучия города. Он уже давно провёл ревизию городской казны, и оказалось, что там достаточно денег и на ремонт дорог, и на школы, и на приют, и на расчистку каналов. Видимо, казнокрады, опасаясь быть пойманными, сами всё вернули в казну. Город преображался на глазах. У Морриса были грандиозные планы, как превратить его в центр туризма, чем ещё больше увеличить поступление в городскую казну.
— Едут, — крикнул кто-то из толпы, и она заволновалась, словно море.
— Едут, — повторили сотни голосов.
Вдалеке действительно можно было увидеть экипаж. Но Моррис сразу понял, что это не тот экипаж — он даже не свернул на площадь, где стоял храм.
И снова потянулись минуты ожидания. Моррис проклинал давнюю традицию, которая предписывала невесте появиться неожиданно в любое время. Он представить себе не мог, как могла укорениться такая беспощадная традиция. Но Моррис втайне надеялся, что Яна не будет долго томить его и уже вот-вот появится.
Одна за другой шли минуты, на бархате ночного неба всё ярче горели звёзды, но ни один экипаж не подъезжал к площади. Моррис всеми силами гнал из сердца тоску, но её холодные клешни сжимали всё жёстче. В памяти всплыло, как однажды долгая брачная церемония уже была остановлена перед последним седьмым ритуалом. Тогда Яна оставила ему послание. Он помнил каждое слово.
Уважаемый монсир Моррис,
время, которое долгая брачная церемония отводит новобрачным на раздумья, не прошло даром. Я поняла, что пока не готова к семейной жизни, поэтому вынуждена Вам отказать.
Моррис понимал, что тогда была совсем другая ситуация, но всё равно его терзал вопрос: что если, оставшись на три дня один на один со своими мыслями, Яна снова пришла к тому же выводу — что пока не готова к семейной жизни? Что если сегодня он не услышит от неё седьмого ""да""?
Моррис напряжённо всматривался в темноту, надеясь, что буквально в следующее мгновение заметит вдалеке экипаж, который несётся к площади. Но мгновения складывались в долгие минуты, а экипаж так и не появлялся.
И вдруг случилось нечто странное. На Морриса накатили острые ощущения. Они рождались на периферии и стекались к пояснице. Неужели это оно?
Блез держал перед лицом Яны развёрнутый документ и продолжал требовать, чтобы она его завизировала. Но Яна не могла прочитать ни одной строчки — буквы расплывались, не хотели складываться в слова.
Она поняла — на неё магически воздействуют. Чернокнижник пустил в ход свою тёмную магию. Голова отчаянно закружилась. Атайская защита сработала мгновенно.
