Мое искушение

Детектив не скрывает скепсиса, но разрешает «развлекаться» и дальше. А он будет действовать своими методами. Договариваемся об оплате и способах связи. Вношу аванс и наконец уезжаю.

Попадая домой, первое, что делаю — ищу Яну. Она как маяк для меня. В любое время нужно знать, где находится, что делает. Как себя чувствует. Понимаю, что это слишком. Но уже давно махнул рукой. Просто принял, что эта женщина стала необходимой. И больше не задумываюсь, как буду разруливать все, когда Ромка выйдет на свободу. Знаю, что это неизбежно. Всем будет больно, горько и жестко.

В конце-концов, я не планировал такого. Не собирался влюбляться в невесту брата и отбивать ее у него. Но так произошло. И нам придется с этим жить. Кажется, я прошел очередную стадию принятия ситуации.

Яну нахожу в ее комнате. В том же любимом кресле, повернутом к окну. Устраиваюсь напротив, присаживаясь на низкий подоконник и опираясь лопатками о стекло. С улицы слышны голоса матери с сестрой. Возятся там с растениями. Хоть какое-то им отвлечение. Не спешу начинать разговор. От бесед уже устал, хочется расслабиться. Вообще-то, мне много чего хочется.

Особенно, глядя на Яну. Она забралась в кресло с ногами. Позволяя мне любоваться круглыми коленками, стройными щиколотками и маленькими босыми ступнями. Пальцы жжет, как хочется прикоснуться к атласной коже. Медленно провести вверх, к бедру. Огладить округлости, обхватить за талию. Дернуть на себя… До моих заполненных похотью мозгов не сразу доходит, что Яна о чем-то спрашивает. Заставляю себя сосредоточиться на ее голосе:

— Так что там с детективом? Ты заключил договор?

Мои мысли сейчас совсем не о детективе.

Но собираю их в кучу и делюсь впечатлениями. Отвечаю на возникшие вопросы. Слушаю рассказ Яны о звонке Олегу — последнему Ромкиному приятелю из компании в ресторане. Оказалось, парень уже вернулся в столицу. Следователи с ним пообщались, а дела не позволили задержаться подольше. Поговорить с нами он готов. И сам предложил сделать это после похорон. На них он в любом случае приедет. Адвокат еще раньше сообщил, что тело погибшей девушки обещали отдать родителям примерно через неделю. Тогда и состоятся похороны.

Какая-то часть меня вроде бы принимает участие в разговоре.

Зато другая жадно путешествует вниманием по изгибам женского тела. Вспоминает, как оно ощущалось в моих руках, и требует повторить. Немедленно, прямо сейчас. И я не выдерживаю. Отталкиваюсь от подоконника, подхожу ближе и опускаюсь на ковер у кресла, на котором сидит мое наваждение. Смотрю на нее, опять теряя нить разговора. Яна замолкает на полуслове. В глазах появляется настороженность. Грудь под тонкой домашней футболкой вздымается выше, срывая у меня тормоза.