На осколках разбитых надежд (СИ)

 — Может, тебе лучше отойти от нее? Вдруг она заразна?

— Мама, ради Бога! — ответил Рихард, обхватывая рукой плечи Лены и помогая ей приподняться. Лена заметила, как к нему шагнула Урсула, готовая помочь, но он отстранил ее. — Не стоит, Урсула, в твоем положении. Лучше позови поляка. Пусть поможет ей дойти до комнаты."

"Урсула кивнула и скрылась спешно в доме. Рихард тем временем потребовал у Биргит воды и заставил Лену сделать хотя бы пару глотков. Девушке пришлось подчиниться — он так плотно прижал к ее губам стакан, что она опасалась, что он заставит ее выпить силой. Потом даже ахнуть не успела, как он обхватил рукой ее талию и, прижав к своему телу, поднял на ноги.

— Я подозреваю, что может быть причиной этого обморока, — бросила Биргит, когда Рихард попросил ее подвинуть стул, чтобы усадить обессиленную Лену. — Видимо, догулялась.

— О чем ты, Биргит? — резко спросила баронесса, прищурив глаза.

— Хватит! — заявил резко Иоганн, хлопнув по столу ладонью, отчего посуда так и подпрыгнула на месте, жалобно зазвенев. — Хватит инсинуаций! Биргит, после стирки, которую ты устроила сегодня по жаре, любой бы свалился с ног.

— Ханке, тебе нельзя волноваться, — заметила баронесса. — Ритци, помоги дяде. Ему нужно как следует отдохнуть. А тебе, Биргит, хочу заметить, что недовольна этим эпизодом. Весьма недовольна. Раньше такого не было.

— Мне очень жаль, моя госпожа, — склонила голову Биргит. Баронесса на нее даже не посмотрела. Просто прошла мимо, вслед за Рихардом, который увозил с балкона расстроенного Иоганна. Разумеется, на Лену она тоже не взглянула, как и на Войтека, который отступил в сторону, пропуская в дом эту процессию.

Поляк не стал слушать слабых возражений Лены, что она может дойти до спальни сама. Просто подхватил ее на руки и понес на третий этаж. Ему пришлось подниматься по узкой черной лестнице боком, и Лена волновалась, что ему неудобно или тяжело.

— Пустяки, — заверил ее Войтек, когда бережно уложил на кровать. — Ты совсем легонькая. Как пух. Верно? Я прошу Айке дать еды. Все из-за голода.

— Спасибо, Войтек, — поблагодарила его Лена и пожала его руку, когда он отходил от кровати. Поляк отчего-то смутился этому прикосновению. Или может, спешных шагов, которые доносились из коридора сейчас. Стал неуклюжим в тот же миг — наткнулся пару раз на углы мебели в маленькой спальне, прежде чем выйти вон, столкнувшись напоследок с Урсулой. Та как раз несла Лене поднос с тарелкой пшенной каши, ломтем белого хлеба и чашкой горячего чая.

— Айке собрала тебе обед, — провозгласила она, ставя поднос на край кровати. — Сказала, что тебе нужно обязательно выпить сладкого чая. Это поможет восстановить силы.