Мой босс – настоящий невроз, или Помощница дракона

 – Тебе еще не звонили из Крамволя? Они как-нибудь продвинулись в нашем деле?

– Не думаю, что им удастся продвинуться. Скорее, они казнят преступников и не станут особо церемониться. Долноград ничего не смогут им противопоставить, да и вряд ли захотят вмешаться. Тот, кто схватил тебя в Крамволе, и был главой секты, по крайней мере, одной из её лидирующих ветвей. А если его казнят, то последователи будут стремиться не просто завладеть браслетом, но и отомстить тебе. Мне все это очень и очень не нравится. Олдо, кажется, тебе и Ашдону нужно будет подыскать напарников."

"– Справимся, эллан Дифаэн, – с усмешкой ответила гора мышц.

При этом очень умная гора мышц. Олдо и Ашдон были первоклассными спецами.

– Рад слышать, – отозвался муж.

Вернулся эллан Каргот. Он протянул мне браслет и сел за стол, но мыслями явно был далек отсюда. Никто не торопил его. Все молчаливо ждали его приговора. Наконец, он решился:

– Удивительное дело, эллана Дифаэн, но я не чувствую в нем никаких особых свойств. Должно быть, вы тоже? Это меня ставит в тупик. Думаю, его ценность велика и вы отдали за него кругленькую сумму, – тут мастер взглянул на Диаша, – но все же он не стоит чьей-то жизни.

Я хотела возразить, что всего лишь помощница, родом из Ортвиля, но мужчина даже не стал меня слушать и продолжил:

– Конечно, так. Я вижу, как супруг на вас смотрит.

Я взглянула на Диаша, но тот не собирался опровергать слова мастера. Мне же казалось более разумным, если мы разубедим артефактора и расскажем всю правду. Пока я была в смятении, мастер продолжил рассуждать вслух:

– А что может быть дороже любимой жены миллиардера? Это должна быть практически бесценная вещь! И знаете, что это? Идея! Во все времена именно идея была бесценна! За неё сражались, губили миллионы, устраивали настоящий геноцид.

– Да, – подтвердила я. – Но вряд ли их так можно назвать. Скорее они хотят разжечь войну.

– Верно подмечено, эллана Дифаэн. Эти самые «посланники» верят, что в артефакте скрыта возможность управлять миром, как гласят легенды.

– Быть может, они правы? Стоит двум частям одного целого воссоединиться и свершится чудо, – протестующе сказала я.

– Все может быть, эллана, все может быть. Но я вам ответственно заявляю, что эта вещь – хрупкая, добрая и нежная. Она подарена на память о сильных чувствах, о великой любви своего создателя к самой могущественной женщине того времени. Она не может управлять, если бы это было возможно – его создатель давно бы заполучил любовь той, без которой не мог жить.