Мой эльф из легенд. Спасти любовью

Либо сам еще не оправился от полученных повреждений и лежал в соседней палате, обмазанный точно такой же дурно пахнущей, травяной жижей.

Зачем сразу думать о плохом? Например, о том, что Эль разозлился и возненавидел всех людей, включая бывшего куратора.

А вдруг он в самом деле больше не хочет меня видеть?

Тихо, Алайна, не накручивай себя."

"Устав мучиться догадками, я попыталась расспросить обо всем целительницу, ухаживающую за мной. Но, к моему огорчению, в ответ получила длинную тираду на незнакомом языке.

Что ж, логично. С чего я взяла, что эльфы понимают земную речь?

От неизвестности захотелось расплакаться, но я лишь беспомощно откинулась на подушку и закрыла глаза. Оставалось ждать, когда все само собой прояснится или Эль наконец придет меня навестить.

Только он не приходил. День за окнами сменялся ночью, солнце вставало и снова опускалось за горизонт, но единственным живым существом, которого я видела, была молчаливая женщина в необычном платье. Она открывала дверь, садилась у постели, готовила свой целебный состав и покрывала им мои ноги. Приносила воду, еду, мыла меня и помогала справлять естественные надобности. К вечеру третьих суток я смогла встать с кровати и сделать несколько нетвердых шагов. Тогда же я впервые рискнула осмотреть собственные бедра. Кожу покрывало множество круглых шрамов-вмятин.

— Н’анэ, — сказала женщина, показав на мои ноги, а потом — на остатки мази на стенках деревянной ступы. — Н’анэ, — повторила она.

Я уже давно догадалась о значении этого слова. Похоже, моя сиделка предлагала не переживать из-за уродливых рубцов, намекая на волшебные свойства своего лечебного состава. Признаться, физические изъяны никогда меня не заботили. После плена на моем теле осталось много некрасивых отметин. Очнувшись в Ильмаре, все, о чем я думала: «Где Эль? Почему он ко мне не приходит?»

Ответ на этот вопрос я получила только спустя неделю, когда Эли-Нора — так звали мою сиделку — внесла в комнату и положила на кровать белоснежное, расшитое жемчугом платье.

— А’ла, — она показала на платье, затем на хлопковую рубашку, прикрывающую мою наготу. Потом кивнула в сторону двери, и я поняла, что меня ожидает важная встреча.

Я не могла быть уверенной в том, что вызывает меня к себе именно Эль-Охтарон. Возможно, какой-то другой высокопоставленный эльф хотел взглянуть на странную чужачку, попавшую в Ильмар из иного мира. Но сердце не желало успокаиваться, не слушало доводов разума, колотилось как сумасшедшее.

Я увижу его! Увижу! Наконец, узнаю, почему он меня не навещал.

Пальцы тряслись, когда я снимала с себя ночную сорочку и натягивала непривычно длинное платье. Сто лет не носила женственных нарядов. Всё — джинсы, шорты, комбинезоны.

Колени подгибались.