Мой (не)выносимый сосед

Сейчас, похоже, личные вопросы пойдут…

– Слушай…– шепчет заговорщически Кира, хотя в профкоме мы одни, – Это вот реально ОН? Тот? Летний?!

Сестры Павловы между собой прозвали моего первого мужчину летним, как будто он какое-то явление природы типа ливня. Прошел, дело сделал и погнал свои тучки дальше…

– Да, прикинь? Я в шоке ночью была вообще…– отвечаю ей точь- в -точь таким же жарким шепотом.

– Вот это кри-и-инж, – Кира округляет глаза, – Мне его даже немного жалко. И как же он объяснился, что свалил? Наплел же что-то наверняка.

– Ага, как же! Даже не пытался! – закатываю глаза, – Будто так и надо! Я бы вообще решила, что он меня и не вспомнил, если бы по имени не назвал, а потом еще две тысячи молча вернул, которые я ему через друга его передала.

– Вернул?! – Кира начинает смеяться, чуть не подавившись чаем, – Может обиделся, что мало?

– Не помню, чтобы там было на больше, – весело язвлю я, тоже хохоча.

– А-а-а, я хочу его увидеть! Пошли к тебе, а? Ну пошли-и-и! – и Кира уже подлетает со своего видавшего виды кресла.

– Нет! – я выкрикиваю так резко, что подруга замирает, удивленно поднимая брови, а я теряюсь, сама не понимая, откуда этот внутренний протест. Знаю только, что пока не готова знакомить Лютика со своими неугомонными, и…что скрывать, очень симпатичными подружками. Сначала хочется как-то наладить с ним отношения самой…

– Нет, – более мягко повторяю, – У меня курсовая по международке не оформлена, буду доделывать, завтра Прокофьеву надо уже сдать. Давай потом?

– М-м-м, ну давай, – Кира строит разочарованную моську и садится обратно в кресло, демонстративно отбирая мой шоколад в качестве компенсации, – Слушай, а как кстати с Арсом прошло?

– Ой, там… – тяну я, готовясь изложить события вчерашнего культурного похода в театр."

"И начинаю рассказывать. Обстоятельно, в красках, до мельчайших подробностей. Моментов с Арсом мне не жалко, а вот про Лютика делиться я почему-то не готова.

*** Возвращаюсь домой я ближе к пяти. На улице уже темнеет, зимние сумерки сгущаются вокруг меня за считанные минуты. После утреннего снегопада потеплело, и ботинки месят тающую грязь. Нажимаю ""вызов"" на домофоне, только сейчас понимая, что забыла позвонить и предупредить, что иду.

Вдруг он ушел?

Пока вслушиваюсь в скрипучие гудки транслятора, рассеянным взглядом скольжу по двору и замечаю свою очищенную от снега машину. На губах начинает играть нервная улыбка. Убрал…

– Лиз, ты? – доносится Сашкин голос из динамика.

– Да.

Пиликает открывшаяся дверь. И сердце тут же срывается на бег, а адреналин подскакивает в крови до шкалящих величин от осознания, что я сейчас поднимусь, а там он.

И никакие обиды, опасения и предубеждения не способны это остановить.