Мой обман

Такой день и меня все оставят одну?

— Нуу…

— Валерия, у вас сегодня первая брачная ночь. Поэтому мы не будем вам мешать. Ну и у нас, как свидетелей, тоже есть обязанности.

Марк пытается все преподнести серьезно, но у него получается не очень. Все начинают смеяться, потому что понимают, о чем он говорит.

— Ты останешься? — Я перевожу взгляд на Мишу и ловлю одобрительный кивок.

— Ох уж эти русские обычаи.

— Да ладно вам, — останавливает всех Миша, — будете мне всю жизнь теперь это вспоминать?

38

Мы провожаем гостей. Вернее, Миша провожает, а я лежу. Потому что только лежать мне и можно. Ещё, как колобку, ворочаться.

Алиса уехала с Марком и тетей Ниной. Но, как оказалось, они специально ее оставили на несколько дней, чтобы нас помирить. Алиса в таком уходе и постоянном наблюдении, как я, не нуждалась. Да и Марк теперь будет ее оберегать еще лучше. И готовить ей кулинарные изыски.

— Я надеялась, что ты меня заберешь хотя бы на ночь домой. — Выдыхаю с огорчением. — Лишать меня вообще всего очень жестоко.

— Нет, не заберу, но я сделал кое-что получше. Я договорился, чтобы остаться у тебя.

Миша стягивает пиджак, вешает аккуратно на спинку, следом туда же брюки, носки, рубашку. Смотрю на то, как распаковывает себя и не могу не улыбнуться. Что, прямо тут? На пару дней наедине?

— Это твой свадебный подарок мне? — Киваю на тело.

Даже сглотнуть хочется от того, как я, оказывается, соскучилась по мужскому вниманию. Или телу. По всему соскучилась. Но уже кого-то другого, а не своего мужа, представить не могу.

По рукам этим, что не скупятся на ласки, по губам, что готовы зацеловать до синяков. Хочу скорее его рядом, а он как специально, медлит.

Снова смотрит на меня и, прикусив губу, улыбается. Плечи передергивает от воспоминаний почти полугодовалой давности. Мы с ним в моей квартире… Одни. Несколько дней маленького сумасшествия, перевернувшего все. Хочу повторения. Все либидо требует повторения. А здравый смысл стучит молоточком, привлекая внимание.

У тебя ребенок. Нельзя.

Миша достает из сумки домашнюю одежду, а из меня вырывается разочарование. Сейчас спрячет все свое богатство и ляжет на Алискину кровать. И даже не дать пощупать себя.

Не могла я прогадать и выйти замуж за сухаря."

"— Не одевайся, — хочу попросить, но получается как приказ. Но Миша и на него усмехается.

Как будто ждёт чего-то, мучая меня. А мне уже все равно. Я просто хочу его рядом. Без одежды.

Миша идёт к моей тумбочке и, подняв ее с вещами, переносит на другую сторону от кровати. Следом делает тоже самое с бывшей тумбочкой Алисы.

— Я договорился, чтобы мне разрешили провести с тобой несколько дней. Считай, купил абонемент на обследование.

Обходит пустующую кровать и толкает ее вплотную к моей. — Ну вот теперь у нас двуспальная кровать.