Неестественный отбор

Мы оказались в полной темноте и, судя по ощущениям, всё ещё оставались запертыми в каменной комнате. Буквально мгновение ничего не происходило, а затем в голове прогремел механический голос: «Внимание! Ошибка системы. Требуется перезагрузка. Внимание! Ошибка системы…» — и так по кругу.

Я щёлкнул клавишей фонаря, и луч света выхватил из темноты открытый проход. Видимо, сбой разблокировал дверь, а возможно, полностью отключил всю охранную систему. Но вот вопрос: что его вызвало?

— Валим, быстро! — крикнул я, решив оставить все раздумья на потом.

Меня поняли все, даже Ада. Мы одновременно ломанулись к выходу и на мгновение замешкались в проходе, потому как влетели в него все разом. И всё же нам удалось выбраться. А когда мы вывалились в коридор и немного отдышались, то обнаружили, что вход в странную комнату снова закрылся.

— Интересно, что произошло? — озвучил я вопрос, который наверняка крутился на языке у каждого.

— По-видимому, какой-то сбой, — в своей манере ответил Семецкий. — И очень несвоевременный.

— В каком смысле? — Почуяв неладное, я покосился на профессора.

— Да я как раз подумал о том, что, может быть, стоит дать этой машине доступ к протоколам, — смущённо ответил он.

— Очень любопытно, — усмехнулся я. — Тем более что у меня были ровно такие же мысли.

Мы одновременно молча уставились на Аду. Девушка некоторое время так же пристально смотрела на нас, а затем вдруг на чистом русском языке произнесла:

— Кажется, я подумала о том же.

Тоннель снова погрузился в тишину. Поглощённые мыслью о том, что мы каким-то образом запустили эти чёртовы протоколы, последствия от которых совершенно непредсказуемы, мы даже не заметили, что норвежка заговорила по-русски. Лишь спустя пару секунд до меня дошло, что я понял каждое её слово. Судя по тому, что она вдруг прикрыла рот руками, наши мысли снова совпали.

— Стоп! — Я уставился на девушку. — Ты меня понимаешь? Отвечай: ты понимаешь то, что я тебе говорю⁈

Ада молча кивнула, глядя на меня широко раскрытыми глазами.

— Похоже, суперкомпьютер сделал нам небольшой прощальный подарок, — усмехнулся Семецкий.

— Лишь бы не последний, — поморщился я. — Давайте-ка выбираться.

Путь назад много времени не занял. Буквально через десять минут мы вывалились в пещеру и снова замерли в недоумении. Тела, что ещё совсем недавно лежали повсюду, исчезли. Лишь лёгкий запах гниения, всё ещё витающий в воздухе, говорил о том, что нам они не привиделись.

Под жалобный скулёж Жухлого мы выбрались на улицу, где поняли, что вонь внутри была не такой уж и лёгкой. Не знаю почему, но мне хотелось поскорее свалить подальше от этого места. И несмотря на то, что солнце уже упало за горизонт и миром овладела ночь, мы всё же решились на спуск.