Мой палач. Реквием (СИ)

Я бы тоже ненавидел, я бы убил сразу, без раздумий.

Я слышал сегодня, как Ася Эмиру пела. Красиво, пронзительно, очень печальную песню ему пела, тогда как я стоял за дверью и с места двинуться не мог. Моя девочка…что ты сделала с нами, зачем, зачем так поломала то, что даже еще окрепнуть не успело. Сжимаю кулаки, выть хочется, ведь нет в ней вины, она ребенка спасала! Ася правильно поступила, это я…я не смог ее защитить.

Эмир слушал Асю завороженно, и я не заходил, пока он сам не выскочил за дверь. Девочка пела колыбельную и я видел снова эти дикие слезы в ее глазах. Правда. Эта чертова правда про нашу дочь, которую я защитить не сумел.

“— Какой она была?

— Маленькой, такой хорошенькой и милой. Пусть ты ненавидел ее как и меня, но Амели была на тебя очень похожей. Волосы такие же черные, брови и глазки серебристые, как у тебя, губки такие же, и даже носик похож. Как у тебя! У нее были две маленькие родинки справа под нижней губой. Это единственное, что Амели от меня взяла. Остальное все твое, Тимур. До капли. Все от тебя…”

Снова и снова эти слова ее о дочери прокручиваю в голове.

Маленькой. Я не видел нашу маленькую дочь. Черноволосую маленькую девочку с двумя родинами под губой.

Сквозь мое пьяное сознание картинки пролетают. Как кадры старой пленки и я в ужас прихожу, когда вспоминаю. Маленькая девочка…черноволосая с двумя родинками под нижней губой. Я ее уже видел…

Шесть месяцев назад

“— Тимур, наконец-то!

— Здравствуй, Булат."

"Пожимаю руку дяде, который приветственно хлопает меня по плечу. На улице жара, в лицо бьет влажный морской воздух. Испания всегда хорошо встречает.

— Проходи. Лола, накрой на стол, быстро!

Глаза Булата сияют от радости, тогда как мне после всего этого дерьма хочется вспороть себе вены.

— Ты после войны еще больше возмужал. Рискуешь, мой мальчик. Снова лез в самое пекло.

Булат с восхищением осматривает меня, будто племенного быка, что уже изрядно бесит.

— Я не изменился ничуть.

— Да нет, изменился все же. Я велю комнату тебе подготовить.

— Нет…Я проездом. Навестить просто приехал. Тогда дома не очень хорошо вышло. Я не ожидал тебя увидеть. Извини, дядя.

— Ничего сынок. Все в семье бывает.

Булат понимающе кивает и я вздыхаю спокойнее. Он семья моя. Все что осталось. Как ни крути. А я…предатель.

Почему-то оставаться у Булата не хочу. Все мои мысли о доме и о ней. Об Асе моей, и это не проходит нихрена.

— Папа!

Оборачиваюсь, когда слышу какой-то тонкий голос. Из угла выбегает девочка. Очень маленькая, черные прямые волосы ей до пояса достают, зоркий взгляд.

— Нинель, ну чего ты снова не слушаешься? Ты где должна быть?

— Ммм…Не хочу я с няней быть!

Девочка, точно маленький бесенок, не замечая меня несется прямо в руки к Булату.

— Это что такое?

Спрашиваю удивленно. Дядя ненавидит детей.