Нелюбимая для огненного дракона

О чем Арон так долго говорит с господами? Какие страсти они могут ему рассказать? В каком свете меня преподнести?"

"Они уже назвали меня мошенницей. Уже упомянули об аресте. А значит, считают, что я обманывала намерено. Так получается? Наверняка, еще скажут, что и замуж я вышла ради статуса и денег!

Какой же это бред! Мне срочно нужно к Арону. Он должен знать правду! Он должен поверить мне в этот раз!

Едва открываю дверь, нарываюсь на высоченного мужчину с суровым лицом. Оставили караулить, чтобы не сбежала?

Тут же раздаются шаги, кидаю взгляд к лестнице – жандармы. Но Арона нет.

– Элла Блейк? – уточняет у меня мужчина, хотя очевидно, что он и так знает, с кем говорит.

– Да, – испуганно киваю я и все еще пытаюсь понять, почему Арон не поднялся с ними.

– Пройдемте с нам, – велит представитель закона.

– Куда? Вы меня арестовываете? – холодеет сердце.

– Мы предъявим вам обвинение в стенах управления. Но можем и сейчас, если желаете пройти к повозке в путах, – угрожает мужчина.

– Нет. Я пойду сама, – киваю я, и мужчина тут же указывает путь.

Один жандарм идет впереди, второй рядом со мной, третий позади.

Раз меня арестовали, значит, он позволил. Значит, поверил им. От этой мысли сердце разрывается от боли. А ведь совсем недавно я была самой счастливой женщиной на свете.

Мы выходим на огромное полукруглое крыльцо. Вот она – темная повозка с решетками на окнах, точно я самая настоящая преступница. Неужели так и уеду, даже не попрощавшись с Эшером?

Нет. Он здесь. Выходит следом за нами вместе с одним жандармом.

– Прости. Я не хотела… Профессор рассказал мне тогда в кабинете, – спешу сказать Арону, хочу подойти ближе и взять его за руку, но вмешивается командор.

– Господин Эшер, вы мне обещали, – цедит недовольно командор, и Арон, который, казалось бы, готов был меня слушать, тут же становится холодным и неприступным.

– Ничего не говори без защитника, – предупреждает Арон, а затем давит взглядом жандарма. – И вы мне, командор.

Главный кивает сначала Арону, а затем своим людям, и те ведут меня к повозке. Я спотыкаюсь, потому что не смотрю под ноги.

А он на меня даже больше не смотрит, словно я стала ему чужой. Я сейчас задохнусь от боли!

– Забирайся, – командует один из жандармов, открывая мне дверцу. Вот и конец.

Сглатываю ком и погружаюсь в полумрак внутри повозки. Решетки на окнах, царапины на стенах вселяют в сердце ужас. Но мне куда страшнее от того, что Арон не поверил мне. Опять.

Колеса начинают стучать, хочу выглянуть в окошко, чтобы в последний раз взглянуть на дракона, но не решаюсь.