Нелюбимая для огненного дракона

Но не оставляй меня, – просит она, и тут же оббегает и прижимает дрожащими пальцами мою ладонь к своей мягкой упругой груди.

Встаёт на цыпочки и тянется ко мне за поцелуем.

Глава 23. Выбор

Арон Эшер:

Я ведь хотел эти губы, более того, именно Лилит я искал в других женщинах.

Чувственная, горячая, соблазнительная. Разве не этого я хотел? Так вот оно – на блюдце – бери!

Целует так отчаянно, будто я воздух, без которого не жить. Она прекрасна настолько, что у мужчин должно спирать дыхание. Но я не чувствую никакой радости оттого, что владею её губами, никакого трепета от мысли, что могу овладеть ею целиком – нет.

Напротив, разочарование и очередной вопрос, почему опять так?

В голову пробираются мысли о Мышке. Она укусила меня, когда поцеловал. Бешеная кошка, а не мышка.

И все же вкус того поцелуя будоражит меня куда больше, чем потенциальная ночь с первой красавицей столицы."

"– Лилит, не надо, – отсекаю я, как только понимаю, что она не та. И то, что было в академии, скорее исключение, чем норма.

Значит, с невестой я, все-таки, не ошибся. Радуйся, дракон. Сдаюсь. Нужна тебе Элла, возьмёшь.

Эта Мышка нужна мне.

Забавно, но осознание вовсе не злит. Нет желания противостоять и спорить с самим собой. В голове, наконец-то, тишина, которой я лишился с того самого дня, когда пошла речь об этой свадьбе.

Теперь все ясно. Я знаю чего хочу и как я это получу.

Дракон победно рычит, он в предвкушении брачной ночи, и приходится от него отгородиться, чтобы утром сконцентрироваться на делах клана.

К церемонии все готово. Собираются гости, пожимают руки.

Последними прибывают Блейки. Мне пора к алтарю.

По возгласам понимаю – Элла идёт. Теперь слышу тихий, робкий стук каблучков. Дракон требует ее. Получишь, угомонись же.

Оборачиваюсь.

Элла в ярком, алом, как лепестки роз, платье плывёт по залу белого храма ко мне. Хочу увидеть её лицо, но оно закрыто золотой вуалью. Остановилась. Почему? Что она задумала?

Дракон рычит, бьёт панику: ""Сейчас уйдет"". Не уйдёт. С чего ей уходить?

Ответ находится слишком быстро и злит меня.

– Элла.

Делает последний шаг. Вот, все верно. Теперь все правильно. Обряд завершен, боги приняли союз.

Печать не алая, синяя. Значит, с истинностью я поспешил. Хотя метка ведь меняет цвет. Может быть, у Эллы есть сомнения?

Я развею их этой ночью.

Привожу ее в дом и снимаю надоевшую вуаль. Хочу видеть её синие, как бездомные моря, глаза, её лицо, ее губы. Но вижу обиду и злость.

Смотрит так, будто я силой выкрал ее из любящей семьи. А дерзит так, словно бессмертная.