Моя незнакомая жизнь

А потом мы одновременно хохочем. Это уже, наверное, истерика – но, боже мой, до чего смешно получилось!

Глава 4

– Рита, на ровном месте такие неприятности не вырастают.

Вот болван! Хоть кол на голове теши ему…

– Может, и так, но лично я представления не имею, как все это могло случиться. А еще же фотографии… ну, те. Гадость какая!

– Нет, ну отчего же… Выглядело вполне правдоподобно.

– Правдоподобно для чего? Чтобы сделать меня подозреваемой?

– Да. И когда мы убедились, что перед нами липа, подстава, возник вопрос: кому это понадобилось, кто заинтересован? А кто-то заинтересован. Кому-то хочется вас не просто уничтожить – иначе давно бы просто убили, но чтобы вас признали виновной в преступлении и посадили в тюрьму. И я хочу знать, кому это понадобилось, да еще так срочно.

– А я вам в сотый раз говорю: не знаю. Послушайте, Игорь, я очень хочу спать.

– Машинка еще стирает."

"– В том-то и дело…

Мы сидим в кабинете – Панков на тахте, я в кресле. Пьем чай с печеньем и абрикосовым повидлом и говорим за жизнь. Это ли не окончательное падение? И тем не менее машинка стирает, а мы, завернувшись в халаты, уже устали спорить. Никогда не встречала человека, с которым у меня было бы так мало общего, как с ним. Инопланетянин какой-то, зеленый человечек, блин!

– Но вы все-таки были знакомы с Виктором Борецким.

– Была. И что с того? Наш роман случился сто лет назад, длился месяца три и ничем особенным мне не запомнился. Витька был тогда жутко популярным в тусовке, трахал все, что шевелится, а мне нравилось, что я типа с ним. Но в постели он был не фонтан, потому что, знаете, красивые мальчики, привыкшие, что девки на них гроздьями виснут, не привыкли напрягаться в сексе – считают себя подарком судьбы для той, кого соизволили пометить. То есть уже один факт, что это чудо-чудное прыгнуло с тобой в койку, должен осчастливить до конца дней. Но я быстро во всем разобралась и дала Витьке пинка раньше, чем он мне. Столь непривычная для него развязка стала рокеру новым опытом, и Борецкий проникся ко мне уважением, а значит, при встрече здоровался.

– Здоровался?

– Ага. Понимаете, обычно-то Витя делал вид, что не помнит своих любовниц.

– Делал вид?

– Ну да. Играл роль богемного мальчика. Ему так было удобно.

– А на самом деле?

– А на самом деле он был умный, способный и наблюдательный сукин сын и пользовался людьми, особенно тетками. Умудрялся среди всех баб найти именно ту, которая способна помочь ему в карьере. Но мало кто это понимал, а возможно, вообще никто.

– То есть Борецкий был альфонсом?

– Нет, альфонсом Витька не был – в том понимании, что привычно в это понятие вкладывается. Но он любил успешных женщин – или тех, кто так или иначе может быть ему полезен.