Моя ревность тебя погубит (СИ)

Мы выходим из кухни и идём по широкому светлому коридору к прихожей. Мои весенние чёрные ботинки на небольшом каблуке стоят на обувной полке. Сейчас на моих ногах обычные тапочки, которые никак не увеличивают мой рост перед ним. Запрокидывая голову назад, я встречаюсь с его карими глазами. В них читается нежность. Столько нежности, сколько мне хочется забрать и никогда не отдавать.

Всего каких-то несколько секунд мы смотрим друг другу в глаза перед тем, как я слышу его хриплый бас:

— Иди ко мне.

Тяжело дыша, он сжимает руки на моей талии и притягивает к себе, слегка отрывая от земли.

— Разве тебе не нужно ехать? — дразню его, обхватывая своими руками его мощную шею и предвкушая дикий, несдержанный поцелуй.

— Ты знаешь, — он прижимает меня таким образом, что моё тело зажато между стеной и его телом. — Всё, что мне нужно, это ты, принцесса. Ты. В моих руках. Каждую грёбанную секунду. Без одежды.

— Но я в одежде, — смеюсь я.

— Только мы переступим порог нашего дома, и я это исправлю.

— Если честно, я даже не сомневаюсь в твоих словах.

Он накрывает мои губы своими губами.

Мы сплетаемся в поцелуе, из-за которого мне едва хватает воздуха, чтобы дышать. Чувствую, как на лице появляется краснота, что может спалить меня.

— Блядь, принцесса. Что ты делаешь со мной? — спрашивает он, отстраняясь.

— Что я делаю?

— Все мои мысли, каждый день, каждую чёртову секунду — всегда о тебе.

— Я тоже… — я замолкаю, но не потому что не могу сказать ему о чём-то, просто все мои мысли путаются.

— Что, Полина? Скажи мне.

— Я тоже постоянно думаю о тебе, Стас. Каждый день, где бы я ни находилась.

Неожиданно даже для меня, пальцы моей впиваются впиваются в его чёрные волосы.

Всё внутри меня съёживается от этой адской близости, от выпуклости в его штанах, от тёмной густой щетины на его лице, которая ласкает кожу моих щёк.

— Блядь, принцесса. Если ты не перестанешь, моя конференция пройдёт без меня.

— Я ненавижу эту конференцию, Стас.

— И я её ненавижу, малыш.

— Поставь меня, — прошу я, хотя мой голос больше напоминает скулёж. — Иначе ты точно не уедешь.

Он неохотно ставит меня на пол и не сразу убирает руки с моей талии.

Затем достаёт телефон и кому-то звонит. По дальнейшему разговору я понимаю, что его собеседник — мой охранник, который должен подъехать сюда в течение нескольких минут.

— Стас, зачем? — в недоумении спрашиваю я. — Я просто посижу с папой, пока ты не вернёшься. Не нужно вызывать человека, чтобы он просто сидел в машине, пока я здесь.

— Если нужно будет, он будет стоять под дверьми, пока ты здесь.

Я отвожу взгляд и закатываю глаза.

Иногда эта излишняя осторожность Стаса походит на паранойю.