Нежеланная жена

Когда он отправляется на работу, день проходит в хлопотах по дому, потому что мы с мамой распаковываем вещи, потом вместе готовим ужин и, не успеваем оглянуться, как Мурад уже снова дома.

— Привет, — заходит он на кухню в этом своем строгом костюме, который за весь день даже не помялся и в котором он выглядит так хорошо, что мне хочется стукнуть себя за восторженную реакцию, как у малолетней дурочки, пускающей слюни. — Где мама?

— Принимает душ перед ужином, — отвечаю я, продолжая резать салат. — У нас сегодня было много дел.

Представляю, как выгляжу сама, растрепанная и пропахшая запахами еды, которую готовила. Ужас! Хоть бы он держался на расстоянии, а то моя женская гордость этого не вынесет.

— Ты ведь в курсе, что у нас есть приходящая домработница? — спрашивает Мурад, беря себе воду из холодильника.

— Да, но есть дела, которые необходимо делать самим. Например, разобрать вещи, заняться стиркой. Мама любит, чтобы в ее комнате убирались каждый день.

— Хорошо, я понял, — улыбается он, подходя ко мне. — Будешь отныне сама иметь дело с Настей, хоть каждый день ее вызывай.

Я поспешно бросаю нож на доску и направляюсь к раковине, якобы помыть руки, лишь бы избежать близости к нему, но Мурад следует за мной, вставая позади и обнимая меня за талию.

— Что ты делаешь?

— Не могу удержаться, — шепчет он в мою шею, прикусывая кожу.

Я же могу думать лишь о том, сколько раз вспотела за этот день, пока работала по дому.

— Не надо, я грязная, — передергиваю плечами, пытаясь оттолкнуть его, но он не сдается.

Разворачивает лицом к себе и с тихим «Мне плевать» целует в губы, настойчиво прижимая к себе и шаря руками по моему телу, пока не останавливается на заднице, крепко сжимая ее и недвусмысленно толкаясь в мой живот твердым пахом.

— Мурад, ну подожди! — стону я, еле оторвавшись от его губ, потому что мне и самой затуманивает мозг его близость. — Мама сейчас придет.

— Черт! — рычит он, отпуская меня и вовремя отступая, потому что мама и правда заходит всего через несколько секунд.

— Мурад, ты вернулся! Можем садиться ужинать, — улыбается она, поправляя влажные волосы.

— Я сначала переоденусь, — говорит он, спеша убраться из кухни.

Я едва сдерживаю истерический смешок, отворачиваясь, чтобы мама не заметила моих пылающих щек и снова бесцельно моя руки. Нужно быть слепой, чтобы не понять, что тут происходило по нашим реакциям, но мама, благослови ее Бог, притворяется слепой и глухой, тактично заявляя после ужина, что идет в свою комнату там смотреть сериал и не хочет, чтобы ее беспокоили. Еще и пельмешка с собой забирает, а я сижу, уткнувшись лицом в тарелку, и мечтаю, чтобы она и меня забрала с собой, потому что напор Мурада, который не постеснялся гладить мое бедро под столом во время ужина, немного пугает.