Морской Волк #07-09 - Врата Победы

Конечно, останется какое-то количество населения, говорящего по-немецки и проживающего на бывшей нашей территории – вот только от нас они будут дальше, чем современные итальянцы от тех римлян!

– Короче, что вы можете нам предложить? – Берия говорил скучающим тоном. – Я долго слушал ваши речи, но какой, на ваш взгляд, конкретный результат? Ваш Еврорейх просуществует не больше года, по максимуму полтора… до мая сорок пятого, если вам очень повезет. И что вы можете нам обещать – то, чего мы не возьмем сами в ближайшее время?

– Например, лояльность и искреннее желание сотрудничать, – ответил человек в очках.

 – Знаю про ваше правило никому не прощать военных преступлений против русского народа, но лично я на Восточном фронте не был и восточной политикой рейха не занимался – следовательно, вины перед вашей страной не имею. Я говорю сейчас с вами не только от своего собственного лица, но и по поручению деловых кругов Германии, разделяющих мои взгляды, а также некоторого числа моих единомышленников в НСДАП.

– Вы понимаете, что при живом Гитлере перемирие между Германией и СССР невозможно даже теоретически?

– Фюрер, бесспорно, великий человек.

Но мне также жаль, что покушение первого февраля сорвалось. Для политика всегда важно вовремя уйти. Он остался бы в истории как Вождь, поднявший страну из тлена и заплативший за свою ошибку жизнью, погибнув как солдат, на посту. Теперь же… если я скажу да, вы ведь возразите, что Сталин очень хотел бы видеть его в петле на вашей Красной площади – по приговору вашего суда?

– Красная площадь никогда не была у нас местом казни.

Но вы не ответили на вопрос.

– Господин народный комиссар, вы же понимаете, что в Германии сейчас очень сложная политическая обстановка. Провал февральского заговора очень сильно ударил по нашим сторонникам среди генералитета и высшего офицерства – боюсь, что армия, несмотря на все последние события на фронте, еще сохраняет повиновение фюреру. Также у него есть войска СС и гестапо. И, по крайней мере сейчас, заговор против Гитлера представляется мне исключительно сложным и опасным мероприятием. И полагаю, я и мои единомышленники будут полезнее вам живыми и после завершения войны.

– Когда мы и сами всё возьмем, чем вы можете быть нам полезны? Лояльностью – ну так если верить вашей пропаганде, мы все сплошь дикари из азиатских степей, едим сырое человеческое мясо и намерены не оставить в Германии не только живых людей, но даже крыс и мышей – так, кажется, сказал Геббельс по радио неделю назад?"

"– Пропаганда и есть пропаганда. Имеющая цель не сообщить правду, а побудить толпу к поступкам.