Морской Волк #07-09 - Врата Победы

У меня в первой батарее водилой Федорыч, уникум, кто еще на Халхин-Голе успел повоевать в мотоброневой бригаде, так у него про ту технику, пушечные броневики БА-10, никаких слов, кроме матерных – за то, что у них бензобак был над кабиной, на корпусе горб перед башней приметный. А броня противопульная, но ПТР свободно пробивает, да пушечки типа наших сорокапяток у японцев уже были – при попадании сто двадцать литров горящего бензина выливается на головы водителю со стрелком и под ноги командиру с заряжающим. Потому даже в тех боях, хотя танки БТ и Т-26 – те еще зажигалки, но у броневиков намного чаще было: «Сгорел вместе со всем экипажем».

А теперь, на Т-54 против «пантер», обычно не мы, а немцы в таком положении!

Вторая линия, при прорыве подготовленной обороны. А в широком наступлении мы – противотанковый резерв корпуса. Шли себе по заданному маршруту, полк полным составом, восемнадцать самоходов в строю плюс мой командирский танк, рота автоматчиков, батарея 57-миллиметровых противотанковых и приданный нам в подчинение дивизион легких «барбосов», взвод «тюльпанов» и зенитный взвод.

Вот что за хрень – боевых гусеничных машин в полном достатке, старые Т-34 всё чаще переделывают в инженерные, ремонтно-эвакуационные, или зенитные, как у нас в хвосте колонны едут, 37-миллиметровый автомат в открытой сверху башне – и то, зампотех мой, Иван Тимофеич, говорил, что видел уже ЗСУ на базе Т-54. А нормальной брони для пехоты нету – хорошо, если «американцы» под рукой, полугусеничники, или «скауты», трофейные «ганомаги» также обычно в строй ставят, если повезет захватить целым. Так что на марше приходится солдат распихивать или по броне, или в машины к артиллеристам и тыловым.

Еще радиомашина – здоровенный железный фургон на «студебеккере», вместе с таким же «студерами» взвода боепитания. Еще грузовик хозвзвода с кухней на прицепе, в кабине рядом с водилой – повар Митрофаныч. И еще где-то там, с тылами, едет американский корреспондент – вот не было печали, только союзника мне для большего спокойствия не хватало! Убьют еще – и кто будет отвечать, что не обеспечил? А пуля, она известно, что дура, как и осколок.

Хотя американец вроде мужик нормальный. Фамилия – Хемингуэй. И говорит, что на фронт попросился сам, чтобы взглянуть – а до того еще в Испании успел побывать, на нашей стороне. На капиталиста с плаката совсем не похож, и держался хорошо: когда однажды под обстрел попали, пригибался в самую меру, по дури никуда не лез, но и не трусил[27].