Морской Волк #07-09 - Врата Победы

Полярный Ужас, или проснувшийся Змей Ермунгард – ну, это ваши проблемы, фрицы, кем нас считать! Мне же больше нравился образ космического корабля из далекого будущего – впрочем, если здесь будут снимать фильм по «Туманность Андромеды», то вполне могут изобразить рубку звездолета «Тантра» как наш ЦП, антураж очень похожий. И точно так же полагаться можем лишь на себя – перечитывая тетрадь, посмотрел на даты наших походов, сколько мы в море, сколько у стенки, так волосы дыбом встают – даже лодки этого времени, при том что война идет, и то гоняли меньше. Не дай бог, железо не выдержит, и кирдык, могил наших никто не найдет, глубина под килем почти километр.

Сирый издергался весь, свою БЧ-5 гоняет в хвост и в гриву – когда он спит и отдыхает, вообще понять нельзя! Один бог знает, сколько Сереге стоит его непременный доклад мне: «Матчасть в порядке, замечаний нет». Как вернусь, обязательно наверх выйду, чтобы нашего меха наградами и чином не обошли! А неприятные мысли в голову лезут, сколько еще наш «Воронеж» здесь в строю останется, и чтобы число погружений равнялось числу всплытий? Так и хочется потопить кого-то – куда же все немцы из моря подевались? «Волки Деница», ну где же вы, мы из вас овечек делать будем – сезон охоты начался!

Наш курс зюйд-зюйд-вест, так что очень скоро догнали все ту же эскадру, едва ползущую с калекой на буксире.

И мирно прошли в нескольких милях к западу. Затем Петрович предположил, что битые британцы вполне могут стать для нас живцом, на который клюнут немцы, как было в Атлантике, еще летом сорок второго (U-436, запись в нашей тетради под номером два). Вот только топить немцев на виду у англичан выйдет перебор! Значит, придется оставить эту честь британцам, ну а если они не справятся, после уже мы не упустим – и желательно будет кого-то с утопленника подобрать, чтобы узнать номер лодки, или достаточно радиопередачу с нее перехватить.

А можно события и ускорить. Еще с прошлого лета немцы разрешили своим подводникам в исключительных случаях, когда нет времени на шифрование, вести передачу открытым текстом. Причем под таковым случаем прежде всего имелась в виду встреча с Полярным Ужасом, то есть с нами – чтобы жертвы успели сбросить хоть какую-то информацию об обстоятельствах и месте потопления.

Но было отмечено, что иногда, хотя и редко, фрицы сообщали так о «жирной» дичи. И образцы таких радиограмм у нас были!

Отдалившись от союзников миль на двадцать (наша акустика отлично их слышит), выходим в эфир на немецкой волне: «Обнаружен конвой, один поврежденный транспорт, легкий крейсер, три эсминца, координаты, курс, скорость», – и та часть радиограммы, где должны быть наши позывные, смазанно.