Морской Волк #07-09 - Врата Победы

Пуля совсем дурная была, не снайперская. Когда дело уже сделано, теперь на дно и залечь – и как вы это представляете, в городе, где идут уличные бои?

Слава богу, не насмерть – надеюсь, выкарабкается. Хотя будет ли он после годен к нашей службе без ограничений – это вопрос. И нам первый звоночек, чтобы себя самыми крутыми не считали. Первым он и оказался…

Затем были Кюстрин и Зеелов. И мы были приданы группе Осназ – на случай, если на мостах придется работать втихую.

В принципе, эту задачу мы отрабатывали: подплыть ночью, взобраться по быкам к настилу (как? ну, вы обижаете – и инвентарь есть, и тактика, и тренировка) и поработать там с зарядами и проводами. Но герр генерала удалось взять на испуг – нет, «штурмбанфюрер» не я был, не настолько немецким владею, а еще один местный товарищ, кто, как Кузнецов-Зиберт, умел под немца маскироваться, партизан, Герой Советского Союза, Роберт Кляйн (в нашей истории не погиб, умер уже в девяностом). Его «адъютантом-оберштурмфюрером» был наш Валька, кто по-немецки шпрехает свободно – а я на шоссейном мосту работал, командир группы, а изображал лицо подчиненное, рядового эсэсмана, из-за моего дурного немецкого языка. Хоть и натаскивали меня здесь, заметно лучше уже говорю и понимаю – но акцент такой, что за немца никак не сойду."

"И сентиментальным, что ли, становлюсь? Как сенсэй Уэсиба в старости – что грех людей убивать и калечить? Так рано вроде! И не жестокость, а военная необходимость – нельзя было саперов в живых оставлять! Старший там был, наверное из запаса, возраст уже за полста, а все еще летеха.

И ведь был предупрежден, от своего же герр генерала, нам все сдать – ну зачем было упираться, ссылаться на какой-то приказ, подчинение, пытаться куда-то звонить? Его живым оставили как знающего схему минирования – а вот двух других там, в блиндажике у моста (когда вырыть успели?), пришлось в ножи. Затем и остальных из его команды, числом шесть штук – никто и крикнуть не успел. На вид, не солдаты, обычные мужики-работяги, руки в мозолях, в годах уже все. А после зенитчиков пришлось, там четыре ахт-ахта стояли, два на одном берегу, два на другом, и друг от друга в отдалении, мостов же два.