Морской Волк #07-09 - Врата Победы

Гитлер ползает на коленях перед толстым свиноподобным чертом: «Хоть ты мне помоги, если больше никто не хочет!» На листовках еще добавлялось: «А я обещаю, что истреблю на Земле любую иную веру, кроме веры в тебя, если поможешь мне победить!»

Марширует строй рогатых и хвостатых бесов – и Гитлер орет: «Вперед, свинорылые унтерменши, обещаю всем, кто выживет, гражданство Еврорейха и причисление к арийской расе!»

Те же бесы удирают толпой: «Пошел бы ты, фюрер, к нашей матери! После русского фронта, нам ад раем кажется – ищи других дураков за тебя воевать!»

В ночь на двадцать первое февраля тысячи листовок с этими рисунками и текстом на итальянском, перечислением зверств немецких войск на итальянской территории, были сброшены над позициями Второй итальянской армии.

На следующий день все узнали, что произошло в Риме.

Гавр, 20 февраля 1944 года

Бомбардировщики пролетели утром. Несколько сотен «летающих крепостей», четким строем «коробочек» по шестнадцать машин, в окружении роя «мустангов». Через три-четыре часа – это в зависимости от того, какой город в Германии сегодня предназначен на заклание, они пойдут назад – тогда и начнется работа.

– И что они над нами – спать не дают? – спросил Дил. – Я по карте смотрел, это какой крюк им выходит?

– Говорят, там у гуннов ПВО сильное, – ответил Джимми. – Самое узкое место Канала, за ним Бельгия. Знаешь, правило, где короче, там тебя и ждут, так что легче бывает в обход. Так и эти – на юг, а после на восток и через французскую границу. А может, во Франции что-то бомбить пошли.

– Как в фильме «Воздушная мощь»[51], – сказал Энж.

 – А у немцев такое есть? Я не видел. И отчего они не капитулируют?

– Вот сейчас зазеваешься, тебе осколком и прилетит, – ответил Джимми. – В аэродромной команде вчера двоих убило. Танк бы выпросить с бульдозером, чтобы воронки безопасно под обстрелом засыпать.

Трое чернокожих пилотов сидели, свесив ноги в траншею, вырытую на краю импровизированного аэродрома. Немецкие позиции находились всего в двух милях, и время от времени сюда долетали снаряды – особенно гунны не любили, когда начинали взлетать истребители, сразу начинался обстрел.

Да что они там, спят стоя у заряженных орудий? Долгим это обычно не было. Сделав пару-тройку залпов, немцы смолкали, опасаясь ответного огня – но и десяток тяжелых снарядов по месту, где самолеты, бензин и бомбы, это очень много! А еще был беспокоящий огонь, в любое время дня и ночи – или коротким артналетом, или медленно и методично, по снаряду в несколько минут – так что такие щели в земле, отрытые всюду, где тебя мог застать обстрел, были не роскошью, а необходимостью.