Морской Волк #07-09 - Врата Победы

Смешно, но на эту идею конструкторов рейха натолкнул французский безбашенный танк – который лягушатники так и не сумели довести, все эти прицелы и привода, идеально работающие на полигоне, требовали едва ли не ежедневной выверки во фронтовых условиях, плохо переносили даже пыль, не говоря уже о пулях и осколках. Пришлось заменить автоматику живыми солдатами. Потери среди экипажей будут ужасающие, но и русским придется платить настоящую цену!

Спал фюрер очень плохо, хотя личный врач, как положено, дал снотворное – так повелось с тех пор, как дела на русском фронте пошли под откос.

Гитлеру снился победный, ликующий Берлин, парад войск у Бранденбургских ворот в годовщину победы. И бронзовые полководцы и короли смотрят на своих потомков из Аллеи Побед! Вот только что это за статуя там, на холме в Трептов-парке?

Что?! Это русский Солдат-Победитель? И войска, идущие парадным маршем по берлинским улицам и площадям, – русские? Хотя в конце, за победителями, плетется и жалкий строй какой-то фольксармее? И народ ликует – берлинцы, мерзавцы, предатели германской расы! Отчего вы не умерли все, во славу Германии, на развалинах Берлина!

Картинка сменилась.

Москва, Красная площадь, и тоже парад, колонны войск, огромные танки с непривычно длинными пушками, многоколесные бронемашины, какие-то трубы на тягачах. Самолеты в небе, похожие на наконечники стрел – реактивные? Русский вождь вступает с трибуны – а после он сам, во главе своих генералов, возлагает венок к огню, «в память всех павших на той войне». Значит, не зря умирали германские солдаты, сильно убавив русское поголовье! Но неужели нигде в мире нет парада во славу меня и моего дела?!

Московская улица.

Идут с десяток человек, грязного и неопрятного вида, неровной шеренгой, держат сине-желтую тряпку. И вразнобой кричат: «Слава Украине, героям слава!» А при чем тут Германия? А, на одном из этих надето что-то отдаленно похожее на мундир солдата вермахта. И: «Галичина, вперед!»

Появляются русские полицаи. Кто-то из сине-желтых (у каждого есть в одежде что-то этих цветов) пытается бежать, его догоняют, валят лицом в асфальт, бьют ногами под ребра. Того, кто в мундире, бьют поддых, затем по шее, и с руганью тащат в полицейский фургон.

Остальных туда же, выломав руки за спину, лишь женщину, толстую визжающую блондинку, волокут за ноги, как мешок. Плюют на желто-синюю тряпку, демонстративно вытирают об нее сапоги. Не знают орднунга – в рейхе задержанных быстро упаковали бы, не отвлекаясь на эмоции, а били уже в гестапо, потом. И тряпку бы взяли, как вещественное доказательство – хотя один из полицаев возвращается, брезгливо берет за край и волочет к фургону. Полицейские уезжают, собравшаяся на тротуаре толпа расходится.