Морской Волк #07-09 - Врата Победы

Также сыграло роль, что большинство солдат 999-й и 801-й дивизий были южногерманцами, а значит, католиками – и обстановка удаленности от дома, быть вместе перед лицом врага. Потому никаких неприятных эксцессов не было, хотя дружбы тоже прибавить не могло.

Восьмого марта Мессе прислал мне доверительное шифрованное сообщение – о том, что он и его подчиненные приняли решение признать Итальянскую Народную республику Тольятти, оставшуюся после расстрела нами королевской семьи единственной законной властью в Италии, что было подтверждено и католической церковью. Не желая проливать кровь боевых товарищей, он предлагает германским военнослужащим эвакуироваться из Африки и обещает, что не будет при этом вести против них никаких боевых действий, если они также не покажут враждебности.

Показательно, что это сообщение было послано мне, а не Кессельрингу, бывшему номинально прямым начальником над Мессе – но, в отличие от меня, никогда не сражавшемуся с ним рядом."

"Мной было дано согласие. К которому впоследствии с пониманием отнеслись и в Цоссене, ОКХ не хуже меня понимало, что альтернативой будет гибель наших дивизий без всякой пользы, в то же время во Франции и на Альпийском фронте остро не хватало войск! Генерал Хильденбрандт, командир ХХХ корпуса, взял на себя командование импровизированной корпусной группой во время ее марша к Сеуте.

Большой неожиданностью и неприятностью было то, что Испания открыто перешла в лагерь врагов Еврорейха. В итоге Сеуту пришлось брать штурмом – к счастью, потери были невелики. В дальнейшем испанскому коменданту, гарнизону и населению было предложено сохранять спокойствие и порядок на время, пока германские войска не отплывут во Францию – в противном же случае Сеуте придется испытать самый жестокий оккупационный режим, с казнями и взятием заложников. К чести сеньора коменданта и его офицеров, неприятностей не последовало, и Хильденбрандт не нашел повод не сдержать свое слово. Эвакуация происходила с 15 по 20 марта, на французских и реквизированных испанских транспортах, под прикрытием кораблей германской Средиземноморской эскадры – так как Марсель и Тулон 17 и 19 марта подвергались интенсивным авиаударам, а вблизи итальянского побережья были замечены русские подводные лодки, то конечным пунктом первоначально оказались не названные французские порты, а Аяччо на Корсике.

Высадившись, наши африканские дивизии неожиданно оказались на острие боевых действий. Возмущение, уже переходящее в континентальной Франции в открытый пожар, здесь, на Корсике, имеющей древние бунтарские традиции, на тот момент привело к полному исчезновению даже видимости германской оккупационной власти, кроме как в нескольких городах, таких как Аяччо, и то в дневное время.