Морской Волк #07-09 - Врата Победы

Но никто в мире пока не знает, как эту энергию безопасно извлечь! Как меня заверили в Техническом отделе, возникает огромное количество чисто инженерных проблем, к которым мы даже не знаем, как подступиться! И это при том, что само явление атомного распада открыто всего пять с половиной лет назад, в декабре тридцать восьмого – срок, немногим больше того, который необходим для строительства подводного корабля таких размеров! Даже меньше – ведь «моржиха» появилась у русских летом сорок второго! А у французов «Сюркуф», всего три тысячи тонн, строился семь лет, с двадцать седьмого по тридцать четвертый – ладно, учтем еще Депрессию! Но, при том что русские тратили год-полтора на постройку обычной, средней лодки их типа Щ или С, они никак не могли успеть!

– А объект есть.

И значит, истина где-то рядом, Уинстон. Может быть, настолько проста, что мы ее даже не замечаем!

– Как, например, сверхъестественные силы. Или действительно «подводный флот коммунистического Марса», как ходили слухи?

– Уинстон, попробуем зайти с черного хода, раз уж заперта парадная дверь.

Можете вы предоставить мне всю информацию, касающуюся этой субмарины? Включая самую бредовую, даже треп пьяных матросов в пивной. И конечно, мне понадобится время, чтобы всю ее проанализировать и вынести свой вердикт.

Капитан Смоленцев, Брюс. Тулон, 13 апреля 1944 года

Принимай нас, прекрасная Франция, – плохо в этом мире быть слабым!

Де Голль о том и в нашей истории с англичанами собачился. Старался своих людей и оргструктуры сберечь для «послевоенного мира», нехай пока союзники Францию освобождают – ну а британские СИС и УСО, наоборот, пусть французы впереди расходным материалом, а не свои.

И у нас здесь – и что с того, что у него целый Второй французский корпус, зато там сам ужасный Роммель, страшно! Так что наши впереди, фронт прогрызают – а эти позади, с заведенными моторами, ждут, когда их пустят в уже готовый прорыв.

Только наши так резво взяли вперед, что добежали от Ниццы до Марселя и Тулона. И тут де Голль взвыл, как кот, которому прищемили хвост дверью.

Поскольку в Тулоне застряла половина французского флота (другая половина успела в Бизерту сбежать). А как генералу разъяснил наш Владимирский, «что на штык взято, то свято». Нам достались линкор «Ришелье», переименованный немцами в «Фридриха» (битый, стоял в доке), с десяток эсминцев и миноносцев (из них четыре новых, очень даже ничего), подводные лодки (шваль полная, немцы их даже в строй не вводили) и куча всякой вспомогательной посуды.