Можешь не возвращаться

Щелкаю выключателем, провожу пальцами по идеально натертой до блеска столешнице. Уверена, холодильник забит едой, которую приготовила домработница Дамира.

Открываю шкафчик, достаю чашки и тарелки. Ставлю чайник и начинаю нарезать торт. На заднем дворе, куда выходят окна из кухни, темно. Уличный фонарь почему-то не светит.

Вспоминаю про Айка, которого не увидела на первом этаже. Скорее всего он где-то на улице. Стоит пустить его в дом, слишком холодной по ночам.

Ищу для него вкусняшку в холодильнике и, ежась от холода выхожу, во двор.

- Айк, малыш, ты где? Или ко мне! – зову, но пса нигде не видно.

Делаю шаг назад, собираясь вернуться в дом, но тут краем уха слышу чей-то жалобный скулеж. Прислушиваюсь, включаю на телефоне фонарик, так как света, исходящего от лампочки на доме не хватает, а остальной свет не зажжен.

- Айк? – снова зову, иду на звук, который едва слышно.

У забора нахожу пса, опускаюсь рядом и замираю, забыв как дышать.

Он лежит на земле и его бок в чем-то темном и липком.

Это кровь, - догадываюсь я.

- Дамир, – кричу и срываюсь с места. Забегаю в дом. – Дамир! – Переступая через ступеньку бегу на второй этаж, распахиваю дверь спальни, Дамир как раз натягивает на себя футболку.

- Что случилось? – увидев меня задыхающуюся от ужаса, спрашивает он.

- Там… там… Айк… в крови, на улице, - захлебываюсь рыданиями, не в силах больше ни слова выдавить.

- Оставайся в доме, - командует Дамир, вмиг становясь серьезным.

Но я его не слушаю. Хвостиком за ним иду, останавливаюсь в нескольких шагах от того места, где остался на холодной земле лежать пес. Дамир склоняется над ним, потом направляется к домику охраны. Распахивает резко дверь, его злой крик слышу даже на расстоянии:

- Вы на работе или на базе отдыха? Какого хуя вы разлеглись на диване и спите, когда кто-то проник к нам на территорию.

И сразу же оттуда вылетает. Пытается взять на руки пса. Он большой и тяжелый. Дамир вмиг весь в крови пачкается.

- Я отвезу его в клинику, закройся в доме, пожалуйста, и не выходи.

- Нет-нет, я с тобой. Дамир, я с тобой.

Он не возражает. Открывает багажник и осторожно опускает Айка.

- Потерпи немного, дружок. Не засыпай, ладно? – слышу как негромко говорит он псу. Знаю, что Айк для него много значит и от этого еще горше становится. Кто мог такое сделать? Кому этот милый пес мешал?

Дамир садится за руль, меня всю трясет. Он резко срывается с места, тормоза скрепят на повороте. Я ничего не соображаю, запоздало понимаю, что стоило его на заднее сиденье положить и рану зажать. Но уже поздно.

- Кто мог такое сделать? – растираю рукавами тушь на ресницах.

Казалось, этот день не может быть еще хуже.