Никто и звать никак

Так что злится — глупо… А я сейчас не желаю пользоваться единственным доступным источником информации. Это уж совсем дурь!

Заснула я незаметно для себя, но с вечера, еще до сумерек, взялась за больного. Он выспался и он сыт. Ему скучно. Самое время поговорить, до сна.

— Как тебя зовут?

— Ригер фон Крейг.

У него был низкий, чуть хрипловатый голос. Не противный.

— Можешь звать меня — …

Тут я сделала паузу…

Я никогда больше не буду зваться Лизой. Никогда! Это имя осталось в прошлом мире и прошлой жизни. Даже то, что старуха называла меня райга Элиза… Думаю, райга — указание на социальный статус.

— Можешь звать меня Акулина.

— Ак-алина? — он был явно удивлен.

Черт, пожалуй, я не приняла во внимание, что и здесь имена имеют какие-то значения.

— Что значит — Ак-алина?

— На языке сфахиано так называют лакомство. Мягкая и сладкая масса с орехами. Такое имя часто дают в гаремах.

— Нет, мне не нравится…

— Почему ты не хочешь назвать настоящее имя?

Я уже давно понял, что ты беглая рабыня, но поверь, я не тот человек, который навредит тебе. Я видел, как ты ушла, и видел, как ты вернулась. Тебе знакомо понятие чести. Я принимаю свой долг перед тобой.

Пожалуй, сказать ему часть правды будет правильно.

— На мой корабль напали и меня взяли в плен. У меня была травма. Я не помню, кто я и откуда. Помню только, как убили пожилую женщину. Думаю, она была моей нянькой или служанкой. Я не знаю даже языка, на котором говорят мои соотечественники.

— Тебя продали в Варрено?

— Варрено — это что?

— Это город, недалеко отсюда. Если идти по берегу, как ты шла, то через цинк выйдешь туда. Но там тебя снова схватят.

— Что такое цинк?

Он растерялся, потом подумал и стал показывать на пальцах.

— Вот, смотри, столько и столько — это цинк.

Десять дней…

— Я знаю счет и все действия математики на другом языке. На том корабле, который меня привез, меня учили.

Я произнесла фразу на том языке, который преподавали мне на корабле таируса Алессио.

— Это язык сфахиано.

— Вот на этом сфахиано я умею считать. А на том, что мы говорим сейчас, просто не знаю названий цифр и действий.

— Ты совсем не помнишь себя? Семью, язык?

— Нет. Математика не нуждается в языке. А сам язык я не помню.

— Очень необычно! Но тогда какое имя ты хочешь?

— Надо подумать…

— Я бы назвал тебя — Калина.

— Что это значит?

— Особый вид стали для оружия.

— Мне нравится. Пусть будет Калина. А теперь расскажи мне, кто эти трупы, почему они напали на тебя.